На главную Тексты Тонкая Красная Линия Часть 5: Триполи-Бейрут-Сайда-Тир-Баальбек-Дамаск.
Часть 5: Триполи-Бейрут-Сайда-Тир-Баальбек-Дамаск.

26 июля вторник. Полдня на границе.

 

Итак - Тартус, пляж, море... Ночь прошла безрадостно. Близость моря тяготила - было сыро, душно, в одежду впиталась соленая влага. Мы долго собирали вещи, отряхивая с себя песок. Пропали мои часы. Я положил их утром в шляпу у изголовья - теперь их не было.Украли? Как? Кто? Обидно - мне подарили их этой весной в Швеции, на дороге из Вастероса в Салу. Простые, удобные, хорошие часы. Ладно - пускай меняют хозяев, пока не достанутся правильному человеку.

 

Теперь нам нужна была еда, интернет и туристинформейшен. Лично я ощущал себя тяжело и нездорово, есть совершенно не хотелось. И вот мы пошли по безлюдному утреннему городу, мимо закрытых магазинов и кафешек. Нашли открывающееся заведение, заглянули... А. с Олегом разжились феляфельными сэндвичами и заварили чая, а я только кусил раз и тем ограничился. Но зря я это сделал. Определенно, мой организм отказался воспринимть сирийский хлеб. С этой минуты мне становилось все хуже.

 

Тут же в заведении мы оставили свои рюкзаки и пошли на поиски интернета. Я шел на автопилоте, мир отдалялся от меня, расплывался и покачивался. Не помню, как и куда мы шли. Помню только, что интернета мы не нашли, а вышли к какой-то старинной руине возле новой мечети. Там же рядом обнаружилось пароходное агентство. Любопытства ради мы зашли, осмотрелись, спросили, куда есть пароходы? Нам ответили, что никуда. Тут грузовой порт.

 

На стене висела большая карта мира. Я чуть оживился - карты вообще меня тонизируют. Олег тоже посмотрел на карту. Ткнул пальцем в Болгарию и спросил: "Это Сирия?" Некоторое время я осознавал эти слова. Потом посмотрел на него пристально.

 

-Олег, - сказал я, - ты приехал сюда автостопом... Через Москву, Владикавказ, Грузию, Турцию, так? Ну, вспомни примерно путь?

 

Олег недоверчиво посмотрел на карту. Турцию он узнал. Показал пальцем на Крымский полуостров и спросил: "Это Грузия?" Мне стало страшно. По настоящему страшно. Олег совершенно не понимал, где он находится, мир был для него абстрактен, лишен форм и очертаний. Он воспринимал только видимую его часть. Если он потеряется, то не вернется домой никогда.

 

Мы пошли обратно, сделали остановку в парке, где я расселил пену и временно принял горизонтальное положение. К мути в голове прибавились неприятные ощущения в спине - зря я вчера бегал с рюкзаками у Крака.

 

Полчаса лежания привели меня в приемлемое состояние. Не помню, когда мы забрали рюкзаки... Было, наверное, около часа дня, когда мы вышли на набережную и стали ловить машины на юг, к ливанской границе. Тут нам повезло - некий сириец Аймен ехал в Дамаск. Он провез нас до поворота на таможню и еще дальше, до самой границы. Оставил свой адрес в Дамаске, приглашал в гости.

 

Было 13:22. Мы зашли в паспортный контроль, там с нашими документами возились некоторое время, потом надавали различных советов и отпустили.

 

И вот, получив свои выездные штампы, мы направились в сторону Ливана. Нейтральная полоса здесь недлинная - страны разделяет всего лишь небольшая речка. Дети плескались в речке, без всяких виз бегая от ливанского берега к сирийскому. Или у них в плавках спрятан загранник с мультивизой? Маловероятно...

 

Сирия осталась позади. Она осталась на моей памяти теплой, сухой страной, населенной добродушным, общительным народом, где все было просто, легко и понятно. Бывало тут трудно, бывало полегче, но в целом было здесь что-то домашнее. Мне показалось, что Сирия - это улучшенная Россия.

 

Мы перешли речку и оказались в Ливане. Здесь его зовут Любнан.

 

Ливан

 

Мы завернули в пустующую комнатку паспортного контроля. Было около часа дня. Обратили на себя внимание, просунули паспорта в щель, потребовали себе халявную транзитку. У нас взяли паспорта, долго их изучали, унесли куда-то. Прошло сколько-то времени, возвращается офицер - высокий, в очках, интиллигентного вида - и говорит нам с Олегом: вы можете ехать в Ливан, а девушка не может. Правило такое, извиняемся, так положено. Ей можно только с родствеником.

 

Говорю - мы родственики! Два родственника!

 

Он - а справка есть?

 

Ответить было нечего.

 

Мы отошли на пару шагов и задумались. А.сстегнула рюкзак и жестом, каким извлекают револьвер, вытащила пачку документов. Она сказала, что возьмет Ливан штурмом, что сейчас устроит... наведет порядок... докажет... покажет...

 

И двинулась к офицеру с вопросом: где тут у вас начальник?

 

Она ушла и время потянулось медленно. Потом я узнал, что у А. случился долгий разговор с начальством на арабском языке; она сперва боялась, что не потянет такую лингвистическую задачу, но на нее сошло озарение, все нужные слова сами собой всплыли в сознании и... В общем, пропустили ее. Начальник поверил, что она хорошая, и велел выдать ей двухнедельную визу, но за деньги. 18 долларов. Про деньги выяснилось чуть позже.

 

Визу делали долго. Несколько разношерстных толп успело проехать в Ливан мимо нас. Я выходил на улицу любоваться морем и повисеть на какой-то железяке - болел позвоночник. Офицеры заводили разговоры о жизни. Про мой фотоаппарат спросили взволновано:

 

-Это- Зенит?
-Зенит.
-Можно посмотреть?

 

Можно. Офицер, как драгоценость, подержал мой Зенит в руках и вернул обратно. Заметив камеру А., спросил, не Зенит ли это.

 

-CANON, - ответила А. небрежно-аристократической интонацией. На лице офицера нарисовалось разочерование: "Ах, кэнон...". И он с безразличием отвернулся. Надо было видеть лицо А.. Как будто она купила платье за миллион, приехала на бал, а там ее соперница уже точно в таком же...

 

Наконец, после трех или четырех часов возни, нам вручили наши паспорта. Почти полдня провели мы в этой комнатке с фотографиями ливанских гор, без единой скамеечки. Полдня только ради одной "женской" визы. Кстати, потом нам сказали, что ограничения на женщин в Ливане уже сняты, а пограничники ставят палки в колеса просто по привычке.

 

Было около пяти часов вечера, когда мы сделали первые свои легальные шаги в Ливане. До Триполи (Траблуса) еще 30 километров. Нас почти сразу подобрал некий Халид, но провез немного - возможно, до Аль-Ариды, на 10 километров. Мы пошли вперед, выискивая удобную позицию, и оказались среди скопления автомобилей - в основном такси. Их владельцы сидели тут же рядом под навесом и пили чай. Они заметили нас и необычайно оживились: стали размахивать руками и звать нас к себе под навес. Мы решили посмотреть, что будет, и двинулись к ним...

 

Ливанцы резко отличаются от сирийцев - они подвижнее, разговорчивее, веселее и вообще активнее. В их мнении, что они происходят от финникийцев, что-то есть: им присуща та же энергия, что толкала финникийцев облазать все Море, все его берега и острова и выбраться даже в Атлантику. Посмотреть на нас собралось человек десять-пятнадцать. Все что-то говорили. Сразу образовался ведущий этого шоу - молодой парень Беляль. Нас усадили на пластиковые стулья, нашли небольшой стол, притащили чай. Вопросы посыпались с такой частотой, что А.не успевала отвечать. Тем не менее она доходчиво втолковала им, что мы не "сйаха", а "раххаль", потому что мы "ля бас, ля фундук"(без автобусов и гостинниц), и "фулюс" у нас тоже в общем-то "ля". Отсутствие фулюс восхитило ливанцев, Беляль выстроил их правильным полукругом и обошел всех по очереди, организуя сбор денег. И все скинулись по нескольку ливанских бумажек. Набралось долларов шесть. Он их торжественно вручил мне. Патриархат, однако.

 

Север ЛиванаЛиванцы используют фунты. За доллар дается примерно 1500 фунтов. Вот мне и вручили 9 000 фунтов, очень удобно делится на 3. Но этим дело не закончилось, нас предложили куда-то повезти. Мы не стали упираться, мы уже попали в мощный поток ливанской жизни и он нес нас куда-то со страшной силой. Этот поток будет нести нас дня три - будут тут и водопады и отмели, но нам не удастся выбраться из этого потока. Мы, кстати, и не стремились.

 

Беляль посадил нас в машину и привез к ресторану. Пустоватое едальное заведение. Длинные железные крючья свисали с потолка, на кухне что-то шипело и звякало. Нас усадили за стол и принесли блюдо с 15-ю шампурами - на шампурах было нанизано мелко рубленое мясо. Кебаб какой-то. Образовалась мисочка с маринованым ядовито-розовым овощем. Ну и хлеб, кока-колы, помидоры, травка всякая... Не знаю, как обозначить отличие всего этого от сирийских угощений, но оно было.

 

Лирическое отступление о маронитах.

Почему-то многие думают, что Ливан - мусульманская страна. Но она не такова и никогда таковой не была. Внешне это почти Европа, причем это заметили еще за 100 лет до нас. Национальный состав страны совершенно непонятен, а в религиозном смысле она делится на пять частей: сунниты, шииты, католики, православные, марониты. Есть еще мусульманская секта друзов. И добавьте сюда значительное количество палестинских беженцев, которые тоже сунниты, но все же совершенно отдельная прослойка общества.

 

Для начала расскажу о маронитах. Жаль, что мы их не встречали в явном виде. По сути, это христианская секта, образовавшаяся еще при византийцах. Отчего-то в эпоху Крестовых походв они воевали против крестоносцев, а те упорно пытались превратить их в католиков. Попытки эти Ватикан предпринимал и после, но сдались марониты только в 16 веке, после турецкого нашествия. В обмен на покровительство Франции они заключили унию с Ватиканом. Так и стали они вечными ренегатами-европоцентристами.

 

Они поддерживали Францию в годы французской оккупации. Потом их стал вербовать Израиль - у сионистского руководства была популярной идея завоевания Ливана при поддержке христианской его части. На деньги Израиля группа офицеров совершила небольшое маронитское восстание и попробовало отколоть южный кусок Ливана. Во время Израильского вторжения 1982 года марониты снова поддержали Израиль. Президентом тогда был тоже маронит(Жмайль), но он поддержал Израиль недостаточно активно, за что был устранен посредством теракта. Израильские спецслужбы взорвали его и свалили все на палестинцев, чем убили двух зайцев: получили предлог для оккупации демилитаризированного Бейрута и дали повод маронитам расстрелять палестинцев в Сабре и Шатиле. Трагическая история маронитов да будет принята к сведению всеми, кто думает о сотрудничестве с Израилем.

К чему это я? Ах да... Триполи считается одним из самых маронитских городов Ливана.

 

Когда мы съели все предложенное, нам сказали садится в машину - мол, сейчас повезут еще куда-то. И вот мы мчимся по шоссе, проносимся мимо высоких зданий, магазинов, грузовиков, сворачиваем куда-то влево и останавливаемся у большого дома с садом, между дорогой и домом. Нас ведут во двор, усаживают на стулья, вокруг собираются все обитатели всех возрастов... А. в очередной раз вынуждена отвечать на все вопросы и рассказывать про нашу сущность. Я что-то вяло поддакиваю, Олег улыбается и молчит, как обычно.

 

Беляль вроде как предложил нам остаться у него дома, но мы отказываемся - и так потеряна уйма времени, а у нас еще Триполи в программе. Он говорит - не вопрос, поехали в Триполи.

 

Триполи. Было семь или восемь часов вечера, когда машина Беляля влетела, как сумасшедшая, в город и понеслась по его проспектам, едва вписываясь в повороты. Свет уходил. А.спела еще кое-что зафотографировать. Мы носились по Триполи, как будто уходили от преследования. В моем сознании нарисовались израильские солдаты, взрывы, вертолеты, стрельба... Беляль вывез нас к крепости, которую в 1189 построил граф тулузский Раймон Жиль, но она только что закрылась для посещения. Солнце садилось в мутную мглу над городом.

Триполи - второй по величине город страны. Здесь еще остались кое-где колоритные базары, мамлюкская архитектура, множество мечетей, построенных на развалинах крестоносных соборов. Городу повезло - до него не дошла израильская армия и его почти не затронула гражданская война.

Мы посмотрели на крепость, на город внизу, на закат. Стоило бы поизучать Триполи поподробнее, но близилась ночь. Беляль снова предложил ехать к нему в дом. Все бы ничего, но это значит, снова разговоры до середины ночи, а А. очень хотела спать. У меня что-то было неладно со спиной и необходимо было как можно скорее полежать на чем-либо жестком. Подумав, решили - соглашаемся, но без разговоров, а завтра просыпаемся в 5 утра и рвем когти на Библос. Озвучили этот проект Белялю - он восприял его с восторгом и мы помчались через город обратно, к его дому... Снова бешеная гонка, но уже по ночному городу, мелькание огней и фар...

 

В доме не очень удивились нашему возвращению. Я пояснил, что вот спина у меня так себе, поэтому я, конечно, извиняюсь, но я сейчас упаду и засну. Это никого не смутило, но прежде чем мне удалось упасть на приволоченные тюфяки, пришлось пережить долгий разговор. А. куда-то смылась...

 

Краткая экскурсия по дому. Он трехэтажен. Обитаемы два этажа. В Ливане есть мода надстраивать дом, когда кто-то женится. Вот и сейчас кто-то женился, поэтому в 3-м этаже заканчивался ремонт, а 4-й этаж еще даже не достроен. Но интерьеры первых двух этажей совершенно отельные - прямо Париж какой-то... До сих пор не понимаю, существуют эти пафосные интерьеры для жизни или для виду. Имея совершенно распальцованые гарнитуры, арабы чаще спят во дворе.

 

Вот и нам тюфяки расстелили во дворе. Я упал на тюфяк и сделал вид, что заснул. Ливанцы пытались предложить мне кучку подушек и одеяла, но я уклонился. От подушек - потому что спину полезно лечить жесткостью, от одеяла - потому что я в походных условиях и нечего расслабляться.

 

И тогда ливанцы выбрали Олега жертвой ночного разговора - кажется, это был первый случай, когда его включили в какое-то общение. С некоторым злорадством я слушал, как он на все вопросы отвечает: "Ну да... Да... Угу... Хорошо... Ага... Ну..."

 

27 июля среда. Огни большого города

 

А. проспала до семи часов, чем нарушила собственные планы проснуться в пять. Тут же под деревом нас напоили чаем, потом еще молоком, варением и какими-то другими вкуностями. Пока А. где-то пропадала, родственник Беляля потащил меня посмотреть огуречную теплицу и похвастался машиной для распашки земли - ручной плуг облегченного типа.

 

Когда закончилась еда, экскурсии и фотографирование, Беляль снова посадил нас в машину и повез в Триполи. Снова знакомая дорога, еврейский танк... Беляль привез нас к крепости, потом - на выезд из города, где мы и расстались. Теперь надо было двигаться на юг, на Библос и Бейрут.

 

Застопился грузовик. Не знаю, как объяснила ему А. наш путь, но он довез нас до Джбайля и показал - там ваш Библос. Мы вылезли из машины и обнаружили неприятный момент - каким-то таинственным образом исчезла половина застежки от анжеликиного рюкзачного поясного ремня. Придется А. где-то искать новый фастекс - не очень понятно, где...

 

Мы протопали ногами некоторое расстояние и... И попали в туристическую зону. Чистые улицы, яркие предметы на магазинных витринах, сувениры... Продаются со скидкой арабские платки - 2 доллара за штуку. Все равно дорого. А вот в обном месте заметил ливанские флаги. Наверное, остатки тех сотен тысяч флагов, что изготовии по случаю волнений в феврале, после гибели Харири. Стоимость - 2000 фунтов. Я сторговался за 1000.

 

Народ весь занятой, ушедший в себя, на нас никакого внимания. Надо было положить куда-нибудь рюкзаки. Мы завернули в большое заведение непонятной сущности и спросили - можно ли вон там в углу у вас положить? Хозяева не отказали (все же арабы) но отнеслись к нам сухо и без интереса. Ничего не спросили, ничем не угостили...

 

БиблосВ Библосе есть своя археологическая территория, куда за деньги можно попасть. Мы понадеялись на волшебную силу наших бумаг и А.опробовала договориться с девушкой(девушкой!!) в окошке кассы, но девушка не прониклась бумагами. Типа цена есть цена. Даже со всеми скидками - 1,5 фунта. Мда... Совсем Европа. Девушки в кассах и железные приципы. Ничего выдающегося в Библосе нет, так что мы не стали тратить фунты, а пошли прогуляться по берегу... Я сказал - ничего выдающегося, хотя на деле там остатки крестоносного замка, что-то от персов, и еще что-то, но надо быть специалистом, чтобы из созерцания этих камней вывести какие-то мысли. А греческие колонны уже совершенно не впечатляли. 

 

На этой вот не моей фотографии запечатлена лестница - вход в музейную территорию. Билетная касса не видна - она правее лестницы. На этих ступенях мы стояли и убалтывали кассирную девушку... С этой же лестницы я сделал кадр, приведенный чуть выше.

 

Интересное тут море. Впервые я увидел настоящие рифы - не песок, не гальку, а рифы. Плоская шершавая коралловая поверхность. А. устроилась на набережной записывать события, а я пошел прогуляться по рифам. О, риф, мечта моего детства! Бледный отзвук Карибов, осминогов, золота и галионов! Стайки мелких рыб шныряли под ногами, бегали маленькие крабы, колыхалась загадочная коричневая водоросль...

 

Здесь, в Библосе, мы завернули в магазин, торгующий всякими сумками и обнаружили там русскоязычную женщину. Поговорили о жизни. Она нашла не очень нужный ей фастекс, который некоторым образом можно было присобачить к анжеликиному рюкзаку. Не помню, во сколько его оценили. Две тысячи, наверное. Сразу скажу, что через пару дней он сломался. Мораль: берите с собой запасную фурнитуру!

 

Вернулись в заведение за рюкзаками. Решили выпить чая. Спрашиваем владельца - есть ли у них горячая вода? Отвечает - нет. И точка. Сириец нашел бы чайник, нашел бы источник огня... Или к соседу отвел. Но тут Ливан. Я обежал округу, но воды и там не нашлось. Все-таки туристические районы в любой стране - это среда повышенной агрессивности, как тундра.

 

Больше дел в Библосе не было, и мы выбрались на выезд - уже не помню, в каком именно месте.

 

Остановилась машина. Мы сказали - мол, в Бейрут. Взяли. По ходу разговора выяснились удивительные вещи: водителя звали Гассан, был он ливанец, но хорошо знал русский язык. Жена у него с Украины. Работает в Российском Культурном Центре, там же живет. Помнит израильское нашествие, а в последующей гражданской сам активно участвовал на мусульманской стороне.

 

Бейрут . Вот он - легендарный Бейрут, место героической обороны 1982 года... Даже не верится.

 

С Гассаном нам повезло несказанно - про Бейрут он знал все и мог это изложить понятным языком. О, будь у меня карта города... Но не было этой карты. Мы видели только существующее - высотки, магазины и офисные здания, и не видели того, что видел Гассан мысленным взглядом: линии фронтов, огневые точки, траншеи, направления отступлений и наступлений, дым, огонь, взрывы, израильские танки, кровь и треск пулеметов.

 

Росийский Культурный Центр расположен в районе Вардан - в Западном Бейруте, недалеко от нашего посольства. Гассан привез нас прямо туда и отвел к себе на квартиру... Если подумать - фантастическое везение, а то что бы мы делали целый день в громадном городе? ... На квартире нас встретила его жена Настя, родом с Украины. Дети у них знают два языка - арабский и украинский, такое вот странное сочетание.

 

Два или три часа у нас ушло на разговоры, еду и дегустацию ливанского пива. (А. в последнем не участвовала. Я ощущал себя несколько неуютно под ее прокурорским взглядом, хотя пил только для акклиматизации. Не люблю пиво.) Мы спросили про легендарные лагеря Сабра и Шатила, про которые пишут, что это самый криминальный и страшный район Бейрута. Настя согласилась, что там не очень чисто, зато в Сабре самый дешевый рынок и русские сотрудники РКЦ часто бегают туда за покупками. Спросили про трассу на Дамаск - Гассан сказал, что хорошая трасса, но идет горами и до границы ехать часа четыре. Это нас смутило... Пообсуждали гражданскую войну, отношения с Сирией ("Сирия нам брат - но не старший!"), с Израилем. Когда приблизился вечер, мы решили потратить несколько часов на поиск интернета и посещения этой самой Сабры и Шатилы - планировалось вернуться в РКЦ часам к девяти или десяти.

 

Пошли бродить по Бейруту. Он современен и европообразен . Мусульманского совсем мало. А. удивили местные дамы в укороченных платьях, но с платком на голове... Зато весь арабский мир приезжает сюда тратить деньги и всячески расслабляться - в этом один из источников дохода этой страны, как я понял.

Был седьмой час московского времени. С трудом нашли интернет. Обнаружилось сообщение от Влада из Израиля:

 

Vladislav Gladkikh 25.07.2005 20:54 Мухранов, можете поточнее сказать, когда будете в Иордании? Забиваем стрелку в Акабе?

Вообще-то хорошая идея. Ответил так:

27.07.2005 18:44 muhranoff БЕЙРУТ. Вчера покинули тартус (не понравилось), полдня проторчали на границе Ливана. А. не хотели пускать, но она прорвалась. Сразу же ливанцы потащили анс кормить, возили вечер по городу ТРИПОЛИ, потом едва ли не силой затащили ночевать. Сегодня заглянули в БИБЛОС потом приехали в БЕЙРУТ и нас пригласили в РУС.КУЛТ. ЦЕНТР ..........

 

27.07.2005 18:49 muhranoff ПРОДОЛЖ(ЕНИЕ)... Сейчас пойдем в палестинский район САБРА, ан рынок. завтра выезжаем в Сирию(лив. виза 48 часов) потом обратно на 2 дня. Потм на пару дней в ДАМАСК - и на ИОРДАНИЮ. То есть мы в Акабе примерно через неделю.

Большое дело было сделано, теперь - Сабра.

 

До Сабры мы доехали буквально на одной машине - привез нас туда Мухаммад аль Саид на легковушке. Было 19:28. Вечерело. Не самое удачное время для посещения неспокойного квартала. Мы оказались на широком проспекте, недалеко тусовался солдат с автоматом, от проспекта шла широкая улица рыночного вида - это и был рынок Сабра. Ну совсем наш Апраксин двор, только без лохотронщиков с зонтиками.

 

С первых шагов я понял, что нет тут ничего криминального и страшного. Никто не следил за нами подозрительным взглядом, никто ничего не предлагал. Рынок как рынок. Мы шли, высматривая куфию. Их не было. Спрашивали, есть ли такая штука. Нам говорили да, где-то там дальше...

 

Обшарпанные невысокие дома, где-то недостроеные, где-то порушенные, кое-где бетонные стены продырявлены пулями. В 1982 году это был Сталинград - квартал окружили и пытались штурмовать, бомбили с воздуха, обстреливали минометами... Может, это следы той самой войны, может более поздние, кто знает.

 

Сабра и Шатила

 

Вдруг на очередной вопрос о куфие нам сказали: а вон там магазинчик есть, пошли... И человек свернул в узкий переулок-щель меж домами. Мы последовали за ним. Он шел быстро, сворачивая то направо, то налево. Я старался не потерять его, ибо заблудиться в лабиринтах Сабры в вечернее время, это... это... Может, я просто не заметил криминальности, может она все же есть, может, мы именно к ней и идем? Если держаться вместе и не делать глупостей, то все будет в порядке.

 

Если не делать глупостей.

 

Неожиданно исчезла А.. Я ринулся назад, рискуя навеки потерять палестинца, который не сбавлял шага и уже куда-то завернул... Пробежав до первого угла, я застал А. за фотографированием каких-то колоритных девочек в переулке. Я сказал ей, что она не права. Я вернул ее на истинный путь. Наше бедуинское племя кое-как организовалось и сумело нагнать палестинца. И только-только все наладилось, как А. снова сбилась в истинного пути и пропала. И снова я бросился ее искать, мысленно воображая пустую улицу и одинокий платочек посреди на асфальте...

 

А. снова нашлась за углом... О, непосредственность чувствительной женской души!.. О, гордое презрение к смерти! Мы таки пришли к магазину, торгующему палестинскими сувенирами - футболками, шарфиками и всякой мелочевкой. Что делает магазин в такой дыре - непонятно. Куфия там нашлась, но за неинтересные деньги. Палестинец вывел нас обратно на "проспект".

 

Медленно пошли на выход. По пути соблазнились зрелищем отжимания апельсинового сока. Спрашиваем - почем стакан? Парень-выжиматель говорит - 250. Это около 5 рублей. Решили попробовать. Парень брал апельсин, надевал его на рифленый конус, резко опускал большой рычаг, после чего выкидывал апельсин и клал новый... 5-6 апельсинов на стакан. Первый достался Олегу и Олег, всегда невнимательный к ситуации, сразу стал его пить. Потом образовались еще два стакана. Не прикасаясь к ним, мы спросили - 500 за все? Нам говорят - неееееет, 1000. Это вот за маленький стакан 250, а у вас большой, он по 500. Мы сказали - извините, большой не заказывали... И нам сменили стаканы. А Олегу пришлось выкладывать 500.

 

Пошли дальше. Из одного тряпочного магазина нас позвали - мол, привет, кто, откуда, велкам! Мы зашли... Четверо или пятеро палестинцев притащили стулья, разместили нас, притащили чай, стали спрашивать о жизни и вообще... А. в который уже раз произнесла нашу "презентационную речь" про "ля бас, ля фундук, бир араби Мелек,".... И вот тут...

 

Началась стрельба.

 

Метрах в ста раздались несколько глухих винтовочных выстрелов. Потом еще. Хорошо помню, как вздрогнули и пригнулись палестинцы, а один из них потянулся руками куда-то вниз, под вешалки с костюмами... По всему было видно, что там у него что-то припасено на случай войны. Но выстрелы стихли и он вернулся на место.

 

-Что это? - спросил я. Палестинцы ответили что-то вроде: осторожнее, не высовывайтесь, там что-то такое... Сбегался народ. Страшно боясь пропустить все самое интересное, я протолкался сквозь магазин, выбежал на улицу и попробовал найти причину начавшейся войны. Непонятно. Ни трупов, ни крови, не огня. Где-то вдали мелькнул человек с автоматом - он держал его стволом вверх, в согнутой руке... Потом пропал. Я вернулся в магазин с печальной новостью - все интересное закончилось. Эта новость была так печальна, что я еще раз пошел осмотреться, но без результата. Хотя дожен признаться, настроение поднялось. Пусть всего два-три выстрела, лишь вялый намек на какие-то события, но лучше чем ничего.
 

 

Мы пошли домой. Я подумал, что если еще раз окажусь в Бейруте, то попробую вписаться в Сабре на ночевку. Это будет полезно.

 

Было часов девять. Темнело. Мы попробовали заняться ситистопом, но какой-то человек остановил нам автобус, проник туда вместе с нами и даже вроде как проплатил наш переезд. Мол, так надо.

 

21:30 - вернулись в РКЦ. Гассан напоил нас с Олегом ливанским пивом, научил пользоваться кальяном, после чего предложил поехать вместе с ним на баскетбольную тренировку.

 

Его основное занятие - организация баскетбольных шоу-программ. Своего рода акробатика с мячом. Их команду как раз пригласили в Саудию на праздники по случаю Рамадана.

 

Через полчаса мы приехали в спортзал, где пробыли недолго - тренировка в этот день как-то сократилась. Гассан нашел еще одного человека и уже впятером мы отправились в центр Бейрута на ознакомительную прогулку.

 

События этого вечера изложу кратко. Многое перемешалось и запуталось в моей памяти и уже не могу с уверенностью сказать, где именно мы были.

 

Книжный магазин. На первом этаже супермаркета, куда мы заходили ради ресорана на его крыше. Но в ресторане не было нужной Гассану еды и мы ограничились изучением магазина. Цены разбойничьи. Есть карты города, но не очень хорошие. Интересные альбомы - Бейрут 80-х годов.

 

Римские бани. Недавно найденные руины римских сооружений. Они прожили под землей весь неспокойный период 70-х и 80-х и обнаружились только теперь. Эффектная ночная подсветка...

 

Памятник на "Красной линии". Большой проспект, который войну 80-х годов разделял Восточный и Западный Бейрут по договору меж Америкой и СССР. Старый памятник весь в пулевых дырах. В марте тут проходили антисирийские митинги и его весь исписали ругательными надписями. В одном этом памятнике собрана вся история Ливана 20-го века, как мне кажется.

 

 Бейрут

 

 

Место убийства Рафика Харири. Это случилось зимой, 14 февраля. В тот день мы с А. как раз приехали в заснеженную Москву и бродили по посольским кварталам в поисках виз и контактов. Ливанцам в тот день было не до нас. В тот день взрывом жуткой силы был убил экс-президент Левана и шестеро его телохранителей. Бомба оставила кратер глубиной 4,5 метра. Грохот был слышен за 20 километров, 20 машин было сожжено. Говорят, бомба имела вес 350 килограмм. И вот прошло уже полгода, а место до сих пор оцеплено, ведется следствие... Америка и Израиль свалили все на Сирию... Тут же, в центре, палаточная конструкция с гробами, цветами, ливанскими флагами и плакатами - всякий может зайти. В этом особенность Ливана - тут стреляют часто, тут жизнь и смерть ощущаются вещественно и зримо. Смерть есть напоминание о жизни и кто-то должен умирать, чтобы кто-то знал, что он жив.

 

Ночная жизнь Ливана ярка, шумна и многолюдна, но по своему красива. Гассан с другом оставили автомобиль и вели нас по ночному Ливану, показывая всякие интересные дома. Друг завел разговор с А. и они все время отставали, чем создавали мне массу проблем - должен ли я прекратить это безобразие? Прилично ли уединяться с девушками? Или тут все знают, что в этой области у нас в России полный хаос и не поймут моих бедуинских страстей? Как назло, и А. невовремя расслабилась и забыла про строгий имидж... Хоть бы предупреждала, что ли.

 

Отличительная черта Бейрута - это мелькающие кое-где старые дома с пробоинами от снарядов. На ремонт некотрых не хватило средств или времени, а некоторые - частная собственность, владелец которой исчез неизвестно куда. Так и стоят. В одном месте Гассан показал несколько дыр в стене: "Это вот РПГ так работает..." Я спросил - западный это Бейрут или уже восточный? Гассан, пряча улыбку, ответил: "Восточный... Это МЫ их так..."

 

В одном недешевом квартале, на перекрестке, Гассан угощал нас пивом с едой и кальяном. По местной моде курительные трубки кальяна были воткнуты в дыню. Это, скажу я вам, вещь... Дым с запахом дыни - это великое изобретение ливанского народа. Я спрашивал про источники дохода ливанской экономики - денег в стране много, цивилизация не хуже европейской, но если Европа живет эксплуатацией остального мира, то чем живет Ливан? За чей счет? Что он производит? Гассан склонялся к тому, что у Ливана очень либеральная экономика, развитый менеджмент и так далее... Но это все денег не даст, а промышленности в Ливане или нет, или она очень незначительная. (Потом узнал: 61% ВВП - это банки, услуги и пр; 27% - промышленность. Но не экспортная, кроме нескольких нефтеперерабатывающих заводов. Туризм до войны давал 20%, сейчас - непонятно. )

 

Лично мне показалось, что Ливан в основном существует за счет тех огромных денег, что привозят сюда арабские туристы. Это такое Монако Ближнего Востока.

 

-Денег у них - огромное количество, - говорил Гассан о саудитах, - для них милион - что для меня тысяча долларов. Они могут на дискотеке девушку пригласить танцевать и по ходу танца посыпать ее 100-долларовыми бумажками... Видел такое однажды.

 

В РКЦ вернулись глубокой ночью и устроились спать в квартире Гассана, кто где. Кондиционер отключли, чтобы не замернуть.
 

 

28 июля четверг. Рок-н-ролл мертв, а мы еще нет.

 

Сегодня заканчивалась наша с Олегом транзитная виза. По плану сегодня мы хотели изучить Сайду-Сидон, потом поглядеть знаменитый Сур-Тир, после чего куда-то пристроить А., сбегать до Сирии и обратно для обретения новой 48-часовой транзитки. Но жизнь внесла глобальную коррективу, которая повлияла на всю нашу поездку вообще.

 

Не помню, ели мы что-то утром у Гассана или нет. Настя вручила нам внушительный мешок еды: груши, яблоки, булки какие-то хитрые. К Гассану пришел друг, с которым они поехали по своим делам, а заодно подбросив нас до выезда на юг. Отсюда, между прочим, 147 километрво до Хайфы - час на хорошей машине. До Сайды где-то 40, потом до Тира еще столько же. Здесь, на мощном бейрутском хайвее нас подобрал Джамаль на грузовичке. Снова море справа, снова вершины гор и плотная застройка склонов. Джамаль высадил нас у развилки в черте города: влево уходит основная трасса, вправо - дорога вдоль набережной.

 

пушка на набережной. Сайда . "...Владыки и цари, вам говорю я: Горе! Едва я принял власть, на нас восстал Сидон. Сидон я ниспроверг и камни бросил в море." Брюсов, кажется. Я надеялся в Сидоне на какую-нибудь древность, но либо ее нет, либо хорошо замаскировано. Хорошо заметна только крепость на островке. Попасть в нее можно по мосту, у моста дежурит билетер. Как мы уже поняли, ливанские билетеры обладают европейским менталитетом, им неинтересен посетитель, им интереснее инструкция - положено платить, и все тут. Мы не знали, есть в крепости Крепость в Сайдечто-то интересное или нет, так что разоряться на билет не стали. На мосту, ведущиму к крепости - турецкая чугунная пушка, под мостом - небольшая тень, мы спустились туда на морской песок и уничтожили часть еды, полученной в РКЦ. После чего отправились далее на юг.

 

Ничего необычного на набережной Сайды мы не обнаружили, только А. сфотографировала своих любимых кошек, и слегка поругалась с Олегом, который захотел сфотографироваться на фоне крепости. Мы выбрали удобную позицию и стали ловить машины на Сур.

На этой позиции мы простояли минут с 15. Место неудачное, практически центр города, но все же нам в некотором смысле повезло - остановилась машина и нас взяла. Олег со своим воровским рюкзаком сел вперед, мы с А. назад, пристроив рюкзаки на колени. Это сыграет некоторую роль в нашей истории...

Водителя звали Яхья, он был весел и позитивен. Он ехал куда-то в сторону Сира, но восхотел отвезти нас прямо в сам город. По пути даже остановился и приобрел нам по лимонаду. Заодно открыл багажник и отправил туда наши с А. рюкзаки. В автомобильном магнитофоне стояла кассета с песнями "Хизбаллы". Обычно арабы поют несколько нудно и однобразно. Хизбаллистские песни другие -мне очень понравилось. С тех пор я везде искал такую кассету, но не нашел.

 

Около часа дня мы приезжаем в Тир-Сур. Это тот самый город, который ранее располагался на сотровке, а Александр Македонский превратил его в полуостров. Покрутившись по городу, мы нашли огороженную территорию, внутри - колонны в разном состоянии, розовые цветы и пальмы. Ничего особенного. Яхья спросил, долго ли мы тут пробудем? Мы сказали - с полчаса. Тогда он сказал, что отвезет нас в Сайду.

 

С одной стороны, не стоило бы напрягать человека, а следовало подробнее изучить Тир и окрестности. С другой - сегодня кончалась моя виза. В мозгу у меня свербила мысль о 4-х часах от Бейрута до границы. Хотелось оказаться в Бейруте примерно в 5-6 вечера... А тут такой шанс... И мы согласились.

 

ТирТир не впечатлил. На первый взгляд это то же нагромождение бетонных домиков, что и Сайда, что и окраины Бейрута. Все интересное тут надо искать, а времен нет. За просмотр греческих колонн тут взимат деньги, мы не стали тратить на них время, только сфотографировали со стороны. По науке, надо было бы обзавестись картой и информацией, но мы в Ливане оказались как бы случайно, и лично я был к этому совершенно не готов. Позже я узнал, что в Тире есть самый интересный в Ливане палестинский лагерь.

 

Где-то около 13:40 Яхья повез нас обратно в Сайду.

 

Темы для разговоров закончились, дневная жара усыпляла, дорога тянулась однообразна и скучна.

 

Неожиданно впереди на трассе появился грузовик. Он возник из неоткуда -может быть, выехал задом с боковой дороги, или просто резко затормозил. Я увидел, что мы летим прямо на него, визжа тормозами...

 

"Врежемся", подумал я. Сколько раз эта мысль посещала меня еще в Триполи - иногда казалось, что вот-вот мы расплющимся о дом или встречную машину, и кадждый раз машина как-то уворачивалась. Вот и сейчас я подумал: "ну точно врежемся" и казалось мне, что снова машина как-то невероятно извернется...

 

Я был в этом уверен до поседней секунды.

 

Врезались.

 

Что-то глухо стукнуло. В момент удара меня швырнуло вперед, и я не видал, что стало с грузовиком. Мы снова мчались вперед, скребя чем-то по асфальту, дым наполнял салон... Встали.

 

Я вдруг осознал, что мы действительно серьезно разбились. Это было совершенно не похоже на то, как я представлял себе автомобильные аварии - никаких громких звуков, никакого огня, криков, крови, визга, взрывов...

 

-Сейчас взорвемся, - задумчиво произнес Олег. Я посмотрел на А. - она закрывала лицо руками и на руках ее была кровь. Но голова, руки, ноги - все на своем месте. Я посмотрел на Олега. Олег самостоятельно вылезал через окно из машины. Рок-н-ролл мертв, а мы еще нет.

 

А. открыла дверь и вышла. Я вылез вслед за ней. Водитель тоже был жив, только глаза у него были совершенно сумасшедшие. Я подумал, этично ли будет теперь забрать рюкзаки и продолжать стопить на Бейрут, или надо как-то поучаствовать в судьбе машины? Показания какие-то дать, подтвердить чего-нибудь...

 

-Как себя чувствуешь? - спрашиваю А.

 

-Плохо, - отвечает она. Действительно, что-то с ней не то. Позже выяснилось, что у нее сотрясение мозга, но она не описала ощущений и я решил, что это такое шоковое состояние. Много ли надо хрупкой барышне... Теперь бы положить ее на коврик, но он в багажнике, ключ у Яхьи, а он сам несколько занят. Но все же мы достали коврик... И в этот момент А. медленно, как в классическом балете, опустилась в колючки.

 

Водителя было жалко. Разгрохать машину и угробить иностранную туристку - это слишком. Коврик разместили над А. для тени, что-то плеснули ей на голову... Я же пока осмотрел Олега. Он пребывал в каком-то подозрительно отстраненном состоянии. Спрашиваю - живой? Он: да... у самого на руке свежее кровавое пятно. Ободрали рукав - там несколько глубоких порезов... Но все равно это несерьезно. Меня больше беспокоило то, что если у него перелом, то это осознается только через 2-3 часа, а то и позже...

 

Но первым делом надо было запечатлеть происходящее. Тогда я действовал автоматически, по принципу - любое событие должно быть задокументировано любой ценой. Я щелкнул Зенитом, перемотал пленку... Это был последний кадр, пленка кончилась. Я даже вздрогнул. Один лишний кадр в Тире - и остался бы я без пленки в самый нужный момент...

 

авария

 

Между тем вокруг нас умножился народ. Все обсуждали происходящее, давали советы, предлагали нам записать номер машины на всякий случай. Мягко подкатил автобус скорой помощи, из него бодро выскочили санитары, отработанным движением выкатили носилки , оглянулись в поисках жертвы... Я сказал им - не торопитесь, мы еще ногами можем...

 

А. меж тем воскресла и даже изобразила беззаботную улыбку.

 

Скорая помощь предложила нас госпитализировать. Мы прикинули, во что это нам обойдется, и отказались. Они сказали - чего уж там, поехали. Бесплатно посмотрим, что да как. Посмотреть на ливанский госпиталь тоже интересно, и мы согласились. Затащили рюкзаки в автобус. Я успел найти Яхью, сказать ему спасибо, пожать руку и сказать - мол, у нас все в порядке, извиняемся, если что... Но его мысли были где-то далеко.

 

Автобус повез нас в Сайду. А.сидела в кресле, мы с Олегом - сзади на рюкзаках. Олег повел себя на удивление правильно - отвлекся от настоящего и стал вспоминать статистику несчастных случаев - как известно, ДТП происходит в среднем раз на 200 000 автостопных километров. А. не понравились наши вычисления. Ее возмущало, что мы считаем какие-то километры вместо того, чтобы сосредоточиться на том, как нам плохо. Мы решили ее не злить и послушно замолчали.

 

Госпиталь. Пустовато, жарко, скучно. Нас посадили на скамейку в коридоре, потом А. увели куда-то за полиэтиленовую занавеску. Олега тоже увели куда-то и вернули уже слегка забинтованного.

 

Я сидел в коридоре и думал о том, сколько мелких случайностей повлияло на мою жизнь. Если бы Яхья не убрал рюкзаки - ничего бы не случилось с А.. Если бы, как обычно, я сел вперед, то с Олегом бы ничего не сделалось, а вот мне могло поломать ноги - у него колени ниже панели автомобиля, а у меня как раз... Если бы Тир оказался интересен, и мы расстались бы там с Яхьей... Если бы он нас не подобрал... Если бы...

 

Вернулась А.. Она даже сумела добыть справку о своей госпитализации на всякий случай. С виду все у не было в порядке, только нос залеплен кусочком пластыря. Определенно, шрамы украшают мужчин, но на женщинах смотрятся как-то противоестественно. Неуместно смотрятся. Вот и А. с пластырем потеряла сколько-то процентов своего обаяния - совсем немного, но всерьез переживала из-за этих процентов. Временно эта проблема заслонила ей все остальные проблемы мироздания.

 

Нас спросили - чего мы еще хотим? Мы сказали, что неплохо бы оказаться сейчас на бейрутской трассе, ибо выходить туда ногами утомительно и долго. И нас отвезли до трассы.

 

Медработники высадили нас в исключительно неудобном месте - фактически в черте города. Позиция была отвратительная. Я попробовал что-то поймать. А. сидела неподалеку на солнце и выглядела невесело. Удалось остановить машину, которая провезла немного вперед. Позиция еще хуже. Узкая улица, какие-то бочки, мешаются припаркованные машины... Дневная жара утомляла даже меня. Не помню, как мы оказались в том месте, где уже были этим утром - где от трассы ответвляется дорога к крепости. Время уходило. Сегодня надо успеть доставить А.в РКЦ и сбежать в Сирию... Машины не брали. Я пробежался вперед и обнаружил цивильный автомобиль с приличным народом, которая следовала в Бейрут. Говорю - тут девушка с проблемами, ей надо бы в Вардан... Они согласились. Я быстро сбегал до А., привел ее к машине, и они укатили...

 

В этот момент я испытал некоторое облегчение. Дальше - вдвоем - будет определенно легче. И действительно - нас почти сразу подобрал красный "Бьюик", идущий в Бейрут. Водитель был серьезен и солиден, с бородой. Он довез нас до Бейрута и посоветовал ловить транспорт на городок Штора, ибо это на дамасской трассе и туда ходит много машин. Он высадил нас как раз на проспекте, ведущем на восточный выезд.

 

Ливан, центрПерекресток был плотно забит маршрутками. "Штора! Штора! Штора! Штора!", орали водители. Кто-то подбежал ко мне и закричал: "Мин айна?!!!(Куда?)" Я отвечаю - мол, в Штору. "Штора! - заорал он, - поехали! Это ко мне! Да! Поехали!" И поволок меня за локоть к машине. Я успел сказать, что нет денег. Не важно, орал он, все равно поехали! Интересно, что если мы поедем? Ведь предупредил же я его? Но, подтащив меня к автобусу, дядька куда-то потерялся, и мы убежали от таксистов подальше.

Мощный поток транспорта. Позиция так себе. Два молодых парня провезли несколько кварталов вперед. Отсюда началось долгое наше, утомительное выбирание из бесконечного Бейрута. С Олегом вдруг что-то произошло. Безразличие покинуло его, он стал тревожен и беспокоен. Я, например, прикидывал, что бы такое съесть, ибо ели мы только утром в Сайде, а он говорил, что нафиг эту еду, а надо скорее в Сирию, а там уже... "Сперва дело сделаем!" - возбуждено предлагал он. Что-то паническое нарисовалось в его глазах.

 

Мы то стояли, тот шли вперед в поисках хорошей позиции. Мимо плотным потоком шли автобусы и такси с красными номерами. Хотелось есть. Я заметил что-то вроде автомастерской и завернул туда. Рабочие оказались египтянами - они радостно выделили нам стулья, стол, и притащили чайник с горячей водой. Мы просидели там с 18:45 до 19:00. Я нашел монету в 100 фунтов. Олег все спешил...

 

Не помню, где и как поймали мы машину до Шторы. Дорога пошла серпантинами вверх, город все не кончался. Только от водителя я узнал, что это уже не Бейрут, а пригород Алей. .... На склонах хвойные деревья, похожие на кедры. Непонятно, те ли это кедры, ибо знаменитых ливанских, как я слышал, осталось очень мало.

 

Горы, горы, низкое небо. Неожиданно горы расступились и показалась внизу плоская долина, а за ней, вдали, снова горы. Знаменитая долина Б'каа. Машина спустилась в долину и через несколько минут мы были в Шторе.

 

В Штору мы въехали почему-то с юга. Нас высадили на перекрестке. Мы пошли на восток, уже темнело. По моей карте до границы еще 12 километров. Еще нет восьми вечера, успеем. И вот нас берет машина до границы.

 

20:00, граница. Странно. Мы явно не проехали 12 километров. 3-4, не более. Мой вам совет - если будете зависать в Шторе, идите до границы ногами, за полчаса дойдете... Нашелся домик паспортного контроля, там нам велели заполнить анкету - точную копию той, что при въезде - я даже сперва подумал, что нас принимают за въезжающих. Заполнили мы ее, нам шлепнули выездной штамп и мы пошли в Сирию. Все. Мы успели. Теперь можно расслабиться.

 

Граница тут пешеходна, но нейтральная полоса - 7 километров. Длинная колонна что-то ждущих фур. Кое-кто спит рядом на раскладушке... Поток машин приличный, много кувейтских, саудовских, катарских. Иногда проезжают иорданские джипы с каким-то неприветливым народом. Мы шли по краю трассы, пытаясь что-то застопить.

 

Не прошли и километра, как нас остановили непонятные люди в форме - не пойму, ливанские или сирийские.

 

-Можно ваши документы?

Можно. Человек в форме полистал паспорта, вернул нам на руки. Спросил, куда мы и почему пешком. Еще что-то спросил. Теперь можно идти дальше?

-Да... Только... Можно документы?

 

Мы вытащили их снова. Он снова их пролистал. Вернул. Мол, идите. Мне захотелось спросить, не желает ли он посмотреть их еще раз... Но не стал я спрашивать.

 

Случайная машина подвезла до Сирии. Домик таможни, окошки для паспортов, желтые бланки анкет. Наспех заполняю эту дурацкую анкету... Олег оказывается неспособен сделать это сам и переписывает все у меня. При этом дату выдачи паспорта вписывает в строку для его номера и наборот. В графе "род занятий" пишет:"stedеnt".

 

-Исправь E на U, - подсказал я. Он мрачно посмотрел на анкеты и исправил: "stedunt". Я не знал, что он НАСТОЛЬКО не воспринимает латиницу. Легкая жуть пробрала меня, я подумал, что авария что-то исказила в его сознании и что у него медлено съезжает крыша. ... Сдаем анкеты... Нам шлепают въездные штампы. Вроде, все?

 

 

 

Сирия

 

И вот она, долгожданная Сирия! Мы пошли по длинной полосе выезда, почти счастливые от того, что все обошлось. И вот в этот трогательный момент Олег издал невнятный стон и схватился рукой за грудь. Ребра его внезапно заболели, скорость резко снизилась, нести рюкзак стало тяжело. Надо полагать, это ушиб ребра или что похуже. Только этого нам не хватало.

 

Я решил - ладно, будем спать, а завтра разберемся... Тут, на сирийской стороне границы, расположен вроде как небольшой городок, но никаких садов или пустырей. За городом видны пустынного вида возвышенности... Я совершено случайно заметил справа от дороги большое дерево, и решил, что мы сможем упасть прямо там. С дороги это место плохо просматривалось, там была трава, в общем - приемлемо. Туда поплелся Олег, туда я поволок оба наши рюкзака.

 

Мимо проходил человек в военной форме. Я спросил - тут спать мумкен(можно)? Он пожал плечами и сказал, что тут, вообще-то "мухабарат" есть... Я сказал, что это очень хорошо, что есть мухабарат, но спать-то можно? Он говорит - да можно...

 

И мы кое-как установили палатку. Сам я устроился прямо под деревом, гадая, что такое этот мухабарат. Может, такая гостинница? Или питомник гремучих змей? Мимо протопали еще двое в форме. Остановились. Подошли. "Кто? Почему? Документы есть?" Ну, показал я документы... "Тут же мухабарат!?" Отвечаю: знаю, знаю... Мол, не мешает. Они пожали плечами и ушли.

 

Все же, что это за штука? Может, там полагается спать, может, это такое место для путешествеников с бесплатным чаем? Или захоронение ядерных отходов? Или это такое опасное животное, которое может ночью укусить? Как раз в кустах что-то зашевелилось, и я подумал, что это ползет мухабарат... Но это был не он.

 

Я уже спал, когда услышал шум машины и в темноте вспыхнули фары. А вот это уже был мухабарат...

 

Из тьмы в свет фар вышли серьезные люди в форме и с пистолетами на поясе. "Кто такие? Документы! Тут мухабарат!" Мысленно проклиная все мухабараты на свете я вытащил паспорт и пошел к Олегу за его загранником... Мухабаратчики подозрительно пролистали паспорт и жестом показали - собирайтесь, мол... Черти б вас съели. Я стал упихивать вещи в рюкзак. Олег кое-как выполз из палатки. Стражи мухабарата смотрели, как мы собираемся и недовольно ворчали. Им казалось, что мы слишком медлительны, особенно Олег. Я говорю - у человека проблема, вот в этом месте - ему плохо, он не может, так что терпите. Олег, не торопись...

 

Когда мы собрались, нам велели сесть в кузов автомобиля. Вывезли на дорогу. И покатили в сторону Ливана. "Неужели депортация?" - удивился я. Вот проезжаем арки над трассой... Вон уже домик, где выездные штампы ставят... Вот уже до конца Сирии десяток метров... Стоп. Встали. Нас повели в здание паспортного кнтроля, пройденое нами не так давно. Там мухабаратчики нкоторое время что-то выясняли, потом появился таможенник, который ставил мне шатмп и сказал - извините, все в порядке. Там ночевать нельзя, но в общем все нормально, там есть одно место, там мой друг, там можно... Извините полицию, она у нас еще неопытная...

 

И мухабаратчики повезли нас обратно. Интересно, куда? Машина проехала почти до конца городка, свернула на левую сторону дороги у магазина, оттуда вышел сонноо вида человек и ему что-то сказали. После чего нас высадили и машина укатила в темноту. Так.

 

Я посмотрел на человека. Человек посмотрел на меня. "Мы, в общем, пойдем?" - неуверенно спросил я. "Угу..." - кивнул он. И мы ушли. Ну их всех в баню... Тут же рядом нашелся полудостроенный дом, мы обошли его кругом, нашли площадку с противоположной от дороги стороны и устроились там. Искать что-то лучшее не было ни времени, не желания, да и темно. Дом заслонял нас от дороги. Если это и мухабарат, то безлюдный.

 

Так мы и заснули. Так и завершился этот переломный - во всех смыслах - день нашей поездки.

 

29 июля пятница. В гостях у шиитов.

 

Мы проснулись окого 10 часов утра по местному времени, когда солнце разогрело все вокруг и сделало всякий сон невозможным.

 

Олег чувствовал себя не очень хорошо. Придется мне отправляться за А. одному, а его оставить тут отлеживаться. Не лучший вариант, но что делать? Она-то ждет. И вообще непонятно, чего там с ней происходит.

 

Но место обитания надо было сменить. Я заметил вдалеке группу деревьев и прогулялся туда. Это было на южной стороне дороги, метрах в 500. Там я обнаружил полянку, деревья, тень и отсутствие какого-либо народа. Вобще удобно. Если будете выходить из Ливана вечером - воспользуйтесь. Сразу за городом справа видно высокое дерево. Это там.

 

Мы перетащили туда рюкзаки, установили палатку, я вытащил и спрятал чать ненужных вещей, подбросил Олегу часть книг и сказал, что иду в Ливан. Вернусь завтра утром. Ему полагается смирно лежать и выздоравливать. Я сбегал до ближайшего магазина, приобрел там немного еды. Большой мешок хлебных лепешек стоил 25 лир, я спросил, сколько дадут за 15? Мешок не делился, но мне отдали целый... Возле дороги меня остановили и разговорили торговцы фруктами - два парня. Угостили чаем, вручили пару абрикосов, расспросили о жизни. Я поведал им драматическую историю наших приключений и аварий, рассказал, что мы живем вон в тех кустах, (едва ли они поняли, что я имею в виду), а сам я сейчас пойду вызволять из Ливана собственную несчастную сестру по имени Ангелочек. С большим голубыми глазами и скромным характером... Сирийцы внимательно выслушали эту слезовыжимательную историю.

 

Я вернулся к Олегу, вручил ему еду, повторил инструкцию - ждать меня, и пошел обратно в город. Глупейшее положение. А.в неизвестном состоянии лежит в Бейруте, Олег несамоходный лежит на границе, а я мотаюсь между ними... Тяжело быть здоровым среди больных. Им все прощается, им все сочувствуют, а ты вроде как один во всем виноват.

 

Я шел к границе. Мимо дома, где ночевали, мимо торговцев фруктами, мимо мухабаратного дерева, мимо полицейского участка. Я представлял, как застану сейчас А.в реанимации, как вернусь обратно, а Олега нет... О, звериный оскал бытия!

 

Сирийцы равнодушно шлепнули выездной штамп. Застопилась приличная машина до ливанской границы. С некоторым сомнением отправился я за въездным штампом, но поставили его легко, без вопросов.

Ливан

 

И вот я уже снова в Ливане, на широком, как площадь, выезде с терминала. Множество такси, горячее солнце, знакомая ливанская суета... В голове вертится одна только не очень грамотная фраза: "Ана мин Бейрут(Я в Бейрут)"... В этом месте меня подобрал местный таксист.

 

Странный это был таксист. Звали его Али, он посадил меня вперед и тронулся не спеша в сторону Бейрута. По пути находил клиентов и сажал их назад. Посадил кучку детей с ящиком для чистки обуви и потом останавливался чистить себе обувь. Когда места кончились, меня пододвинули, и впихнули вперед еще одного. Народ был все более интиллегентный, с какими-то папками и портфелыми, все ехали недалеко, на 2-5 километров. Я угощал всех мятными освежительными конфетками, подаренными мне весной в шведском городе Умео. Только детям эта сильнодействующая штука не понравилась, они ее выплюнули и долго корчили рожи.

 

Таксист довез меня до Шторы. Я пошел по этому, уже знакомому мне городку. Я почти прошел его насквозь и на бензоколонке меня подобрала цивильная машина, идущая в Бейрут. Кажется, они сами меня позвали...

 

15:00. Бейрут. Я вышел где-то в неизвестно месте. Спросил - где тут район Вардан? Мне говорят - а вон прямо по улице 5 километров... Карты не было. Города я не знал. И вот я пошел по немилосердному солнцу, натягивая шляпу на глаза. Большой проспект... Поворот направо... Постоянные диалоги для уточнения пути... Ничего, времени у меня до вечера почти... Ну кто бы мог представить лет десять назад, что я буду идти один по Бейруту не зная куда и как, без местных почти денег? Тяжело и утомительно, но по-своему величественно.

 

В 16:00 я совершенно случайно наткнулся на РКЦ. Даже сам удивился. Вошел в прохладный холл, поздоровался с охраной. Лифт. 5-й этаж. Дверь. А ну как нет тут никакой А.? Скажут: не приходила! Вот будет номер... Рука дрогнула, нажимая на звонок.

 

Дверь открыла Настя. Вхожу. В комнате - стол, заваленный гамбургерами, сидит за ним вполне живая и даже не сильно похудевшая, интенсивно жующая А.. Внутренне я вздохнул. Несколько негативных вариантов развития событий стерлись из памяти за ненужностью. Я свалил рюкзак на пол, шлепнулся к столу и тоже принялся за гамбургеры. Там еще кола прилагалась.

 

Жизнь слегка наладилась. Я слушал рассказ А., как ее привезли в Вардан и как она тут всех перепугала. Сам рассказал про наш прорыв в Сирию и историю с мухабаратом. Гассана рассказ развеселил. Он сказал, что мухабарат - это такое учреждение. Агенство. Серьезное, в общем, место.

 

За разговором нам скормили еще арбуз, после чего мы стали собираться. Времени уже немного. План был такой - попасть в Штору, выбраться в Баальбек, там переночевать и завтра утром на границу.

 

Стопили мы прямо на проспекте у РКЦ. Нас подобрала машина, провезла до дамасской трассы. А. запечатлела город на память - строй флагштоков, вдалеке высотки... Я предчувствовал долгое выбиране, но тут остановился грузовичок. Спрашиваю - до Шторы? Он говорит - ага. И мы полезли внутрь. В кабине было двое - Халид и Мухаммед. Мухаммед был полноватый, улыбчивый, очень "юморной" дядька. Вел он себя совершенно по-детски. Из разговора выяснились две важные вещи. Первое: они палестинцы. Второе: они едут прямо в Баальбек. Узнав, что мы туда же, они безумно обрадовались и стали приглашать в гости. Вписка в палестинской семье - это пропускать нельзя. И мы согласились.

И вот знакомая мне дорога. Горы, кедры. Панорама равнины Б'каа. Шумная Штора. Дорога на Баальбек с частыми блокпостами - солдаты с ружьями, заградительные бочки, разрисованные в цвета ливанского флага.

 

20:00 - машина пришла в Баальбек. Мухаммед привел нас в квартиру, обставленную, как отель с пятью звездами. Тяжелые занавески, ковры, стулья, как в Эрмитаже... Стали появляться люди, принесли кофе. Появилась бабушка Мухаммеда, по имени Надие. Оказалось, она родом из Газы, переехала в Ливан еще в начале Войн. Появилась и сестра Мухаммеда - полноватая, не очень молодая, без платка, в целом ничего себе... Мухамед все время что-то говорил - в основном, что сейчас пойдем к его анкелю - дяде. Он все время твердил про этого анкеля, как про что-то очень существенное. И вот уже в ночной темноте мы пошли...

 

Нас привели в обычный ливанский дом с садиком. Тут жили палестинцы, довольно большая семья. Молчаливый старик, на которого Мухаммед все время показывал пальцем и с жуткими ужимками говорил полушепотом: "Анкель!!" Еще другой, помоложе, оказавшийся вроде бы учителем в школе. Он неплохо знал ситуацию в Палестине и вообще был в курсе политических событий. С его слов мы записали названия палестинских лагерей в Ливане и Иордании.

 

Остальные - девочки и женщины - трепались о жизни вообще. По ходу принесли суп - баранина, перловка и какие-то еще овощи... Про Мухамеда сказали, что он у них такой... Странный. Не обращайте внимания. Мухаммед слышал это и смеялся. А. показала на Мухаммеда пальцем и назвала его: "Абу-Анкель". Все засмеялись.

 

Ситуация требует пояснения. В арабских иногда дают человеку прозвище по какому-то признаку. Иногда по имени сына, например - Абу-Али(отец Али), или Абу+что-то еще, какой-то характерный предмет или явление. А. обозвала Мухаммеда отцом слова "анкель". Редкий пример удачной шутки в неродной культурной среде. Причем шутка удалась - слово "Абу-анкель" женщины потом передавали меж собой и улыбались. Может быть пройдет лет 10, а все равно будут называть так Мухаммеда, и никто уже не вспомнит, почему. Я не очень понял тогда суть присходящего, это потом уже А. мне растолковала.

 

Уже совсем поздно покинули мы этот дом, вернулись к Мухаммеду и устроились спать. А.- с его сестрой, я - в комнате с ним, на напольном тюфяке.

 

30 июля суббота. В гостях у Хизбаллы

 

Утром я проснулся рано, но Мухаммед еще спал. И женщины еще спали. Я долго лежал, разглядывая потолок, прежде чем на женской половине раздались шорохи и сестра Мухаммеда пригласила нас на кофе. Мухаммед сразу убежал за булочками...

 

Странное это было кофепитие. Сестра почему-то была без платка и вообще в пижаме. Шиитский район, называется... В какой-то момент А.куда-то скрылась, Мухаммед тоже отлучился, и мы остались с этой дамой вдвоем. Черт...Дурацкое положение. И пижама эта ее розовая...

 

Но ничего не стряслось. После булочек мы спустились вниз, Мухаммед посадил нас в машину и сам отвез до местной исторической достопримечательности. Поулыбался, попрощался, и скрылся. Смешной дядька. А. до сих пор вспоминает его со смехом.

 

Баальбек - шиитский город, тут обитает знаменитая организация "Хизбалла". Весь город украшен их желтыми флагами с надписью и автоматом. Другая достопримечательность - римские развалины. Когда-то римляне задумали построить тут храмовый мегакомплекс, очередное чудо света. Даже сейчас остатки производят впечатление. Туристы всего мира стекаются в Баальбек посмотреть этот комплекс и ощутить прилив адреналина от того, что побывали рядом с настоящей Хизбаллой.

 

шейх НасраллаПлощадка около развалин - привязан живой верблюд для фотографирования. Палатки с сувенирами, столики с книжками и открытками. Футболки с хизбаллистской символикой. Мы подошли к одному столику и спросили, нельзя ли взять открытку в подарок? Это был отчасти эксперимент. Продавец подумал и сказал - пожалуй, можно. И вручил нам по паре на каждого. Мы двинулись прямо ко входу в комплекс и по пути обнаружили целый агитационный центр палаточного вида. В тени желтых тентов - столы с книгами и кассетами, на деревянном помосте - автоматы, рации, какая-то аппаратура. Надпись: "оружие и снаряжение, отнятое у сионистского врага". Манекены с пулеметами... Мы поизучали все экспонаты и решили разжиться самым главным сувениром. Подошли к молодому человеку и спросили, можно ли заполучить на память флаг Хизбалы? В конце концов, надо же им пиарить организацию, у не откажут же? Молодой человек после паузы согласился. Мы намекнули, что нам бы два.

 

-Два? Хм...

-Очень хотим в Россию отвезти.

-Ну... Вас двое? Ладно, берите.

 

И мы заполучили два больших флага из шелковистого материала. Это был самый мой опасный и неполиткорректный сувенир. Сколько вопросов вызывал он при обысках в Азербайджане, сколько раз уже в России он мог бы стать источником проблем. Но я довез его до дома и сейчас он висит у меня на стене, напоминает о том жарком дне в Баальбеке, смешном Абу-Анкеле, его эмансипированной сестре и синем небе Ливана.

 

Вход в баальбекский храмовый комплекс стоит 7000 фунтов. Почти 5 долларов. Мы извлекли наши деловые бумажки и попробовали прорваться так. Получилось на сразу, все же Ливан. Но А. проявила упорство. Она ощущала себя еще не совсем хорошо, да и на страну слегка обиделась после аварии, так что энергии на прорыв у нее хватило. И ливанцы сдались. Мы вошли в Баальбек.

 

Я тогда почти ничего не знал об этом месте. Я смотрел, мало чего понимая. Обломки стен. Много колонн. Терассы лестниц. Что-то большое, грандиозное... Я не мог восстановить образ ушедшего, не зная его. Камни ставались для меня кммнями. Жаль.

 

Сначала я сторожил рюкзаки, а А. бегала по територии, потом мы поменялись ролями. Помню, как она сидела в тени дерева, записывая события, а вокруг толпилась кучка девочек старшего школьного возраста и галдела... А. была мрачна. Здесь, в Баальбеке, у нее снова сломалась поясная застежка рюкзака. Это самое неприятное, что может случиться с рюкзаком. Подумав, я отдал ей свою застежку, а себе создал временную систему, как когда-то в Китае. Жертва эта преследовала две цели: облегчить жизнь А., которая и так была невесела, а так же немного ее, А., приручить для упрощения дальнейшего общения. Это приручение продлилось пару недель с неплохими результатами, но потом сошло на нет. Уже в самом конце пути.

 

Баальбек

 

Пошли на выход. Встретили по пути какого-то иностранца... Нашли большую шиитскую мечеть, всю в глазури, с иранской формы куполом... За 500 фунтов выторговали себе винограда и одно яблоко в нагрузку. Зашли в тень какого-то здания и там, в тени, съели виноград. Из соседнего дома нас заметили и принесли два пластиковых стула. Мелкая, но ущественная детать, характеризующая население Баальбека.

 

На выезде из города застопилась машина в Штору. Помню, люди в машине были какие-то странные. А. они не понравились - неправильно на не смотрели и неправильно себя вели. В Шторе мы постояли недолго. Остановилась машина - человек ехал в Дамаск. Причем он был таксист по профессии.

 

Не помню его имени. Странный, неожиданный человек, появившийся очень вовремя. Механизм мироздания иногда дает легкий скрип и тем выдает свое существование. Человек этот был понимающ, весел и добродушен. А. он вручил 10 доларов сирийскими деньгами. Вместе прикатили мы на границу... Ну, тут я уже как дома. Заходим за выездным штампом... Нейтральная полоса. Вон там у нас с Олегом проверяли документы... Вон все стоят фуры... Сирия.

 

Заходим на паспортный контроль, отдаем паспорта... Гром ударил средь ясного неба:

-Извините, ваша виза закончилась!

 

То есть, как?! У меня ж мультяшник? А вот и нет, говрят мне, у вас двукратная. Смотрю в паспорт, там действительно написано: "two". Я же был свято уверен, что она многократна. И А.была уверена, ибо так ей сказали в посольстве. Новость эта была неприятна по многим причинам. Во-первых, придется отдать 20$, чем нарушить весь бюджет поездки. Во-вторых, свободный въезд в Сирию теперь невозможет, что осложняет посещение Ирака или Иордании. На этой визе держалась вся наша стратегия.

 

Сириец, видя мое каменное лицо, решил посодействовать. Он вручил нам еще 10 долларов, что в сумме с первой десяткой составляло ровно стоимость визы. Я не стал возражать...

 

Ливан, Ливан...Я надолго его запомню. Зимними вечерами я буду вспоминать его горячее солнце и теплую морскую волну, набегающую на риф. Вспомню ароматный дым кальяна, заходящее солнце над Триполи, огни его городов и глаза его женщин.

 

сирийский флаг

Сирия

Мы въехали в Сирию, проехали мухабарат, магазины... На окраине мы сказали, что тут надо выйти - мол, ждут нас. Сириец даже был согласен подождать, пока мы приведем Олега, но это было бы долго, мы извинились и так расстались.

 

Я зашел к продавцам фруктов, как к старым приятелям. Вот, говорю, эта та самая Мелек, за которой я ездил в Бейрут. Они так обрадовались... Надарили А. инжира. Посидели, выпили чая.

 

Олега мы нашли на прежнем месте. Он был жив и относительно здоров. Так мы воссоединились, так прошли все основные организационные последствия ливанской аварии. Только виза наша, сирийская виза не давала мне покой... Ладно, ладно, проехали, потом об этом подумаю.

 

В магазинчике я хапнул лимон, луковицу и огурец. Сварил на примусе чечевицу с луком. Обычно в чечевицу добавляют уксус, а я выжал лимон. Приемлемо так вышло... Пока налаживали свой быт, со стороны городка вдруг появились двое в форме. Никак родной мухабарат?

 

Нам сказали: тут нельзя! Тут граница! Тут мухабарат! Тут жить неправильно!

 

Но мы уже были вооружены и очень опасны. Черта-с-два, сказали мы им. Мухабарат совсем в другом месте! Имено оттуда нас сюда привезли, сказав, что тут можно спать! Нет тут никаких заборов, и вообще вы тут лишние.

 

Они поворчали и ушли. Много позже я подумал - а если бы ни заявились до нашего приезда? Олег ничего объяснить бы не смог. И уволокли бы его неизвестно куда... Что тогда? Мда.

 

Съели чечевицу, выпили чая с чайностями и упали спать.

 

31 июля воскресение. Миллион лучше потратить в Дамаске.

 

Ночь была холодной. Такой холодной, что А.стала замерзать и я выделил ей половину спальника. Наверное, все от того, что мы в горах - высота здесь около 1500, хотя на вид почти равнина.

 

Проснувшись, я первым делом сходил к лотку с фруктами и приобрел там пару яблок. А. дала задание добыть ей инжира. Иди, мол, и без инжира не возвращайся... Притащил я ей две штуки. Не помню уже, откуда.

 

Сварили булгура с яблоками на олеговой горелке. Выпили традиционный кофе. Неспеша собрались и вышли на дорогу. До Дамаска тут около 40 километров. Не успели поднять руку, как тормознулась громадная машина с кувейтскими номерами. Ого... В машине двое, едут в Дамаск или куда-то рядом. Водитель был крупный, добродушный дядька в белом арабском костюме и платке. Ехал из Бейрута, вез с собой личного повара. Вел он себя легко и свободно, как человек, не очень точно помнящий, сколько именно у него милионов. В Дамаск он ехал по интересной причине:

 

-А я решил, что мой миллион лучше потратить в Сирии...

 

Почему-то недоезжая Дамаска он решил свернуть, а повара вместе с нами пересадил в другую машину. В этом новом составе мы проехали еще небольшое расстояние и машина опять свернула. Здесь, на пустынной и жаркой позиции мы простояли некоторое время. Потом появился местный жтель, остановил нам маршрутку и засунул нас туда. Уже не помню, на каких условиях.

 

Дамаск. Новостроенные районы, редкие деревья. Мелькнула большая кольцевая развязка...

 

Мы вышли из машины. Это явно автовокзал - много народу, машин, суета. Я схватил карту, нашел интиллегентного вида сирийца и спросил его, где мы вообще находимся. Сириец поизучал карту, посоветовался с другом и показал - вот здесь, наверное...

 

Ориентироваться в Дамаске легко. В правой части города - большой квартал Старого Дамаска. В левой части - хорошо заметная на картах звезда площали Умавийи, там соединяются семь дорог. Между Старым Городом и площадью - проспект Шукри аль-Куватли. Если окажетесь в Дамаске, то по этому шукри вам придется ходить каждый день. Вот и мы оказались рядом с проспектом, чуть южнее его середины. До центра(крепости) ногами полчаса.

 

Мы пошли на север по улице, которая скоро вывела к мосту Хафиза Ассада. Мост проходит как раз над проспектом Шукри и рекой Барада, которая совсем почти загнана в трубы, и только кое-где еще видна на дне бетонного желоба. На той стороне моста - симпатичный садик с поливалками. Множество людей студенческого вида сидели на траве в тени деревьев. Я завернул туда вымыть ноги.

 

Первое впечатление от Дамаска позитивное. Большой город, много новостроя, но высотки не давят, да и немного их. Широкие улицы, много деревьев. Не ощущается давящей "столичности". Одежда уже совершенно европейская, женщин в платках почти не видно, да и мужчин в бело-красных сирийских платках тоже нет, только изредка попадаются старики в таком виде. Уходит сирийская культура, вытесняется джинсами. Но кое-что я еще застал и может быть, расскажу когда-нибудь потомкам, на что похожа была Сирия в начале 21 века, и они будут удивляться нашему экзотическому времени.

 

Хуже было то, что меня посетил СДЦ - Синдром Достигнутой Цели. Подсознательно всю дорогу от дома я ехал в Дамаск. Я видел его на горизонте, я ждал момента, когда окажусь на его улицах, я не обращал внимания на мелкие трудности, я шел вперед. И вот я пришел, и я в Дамаске, дальше что? Кончилась сверхзадача, пропало Намерение, жить стало скучнее. Я сказал себе, что это все ерунда, но СДЦ медленно подтачивал мое сознание. Два дня я был себе неинтересен.

 

Первым делом мы решили найти Российский Культурный Центр, рядом с которым располагается туристинформейшен. С Проспекта Шукри свернули на коротенькую Bor Sa'ied, которая упирается в площадь Юсуфа Аль-Азмеха. Это сирийский офицер, который после ухода турков в 1918 и появления французов пытался организовать им сопротивление, но потерпел неудачу. В центре кольцевой развязки стоит его памятник. От памятника начинается "улица 29-го Айяра". Тут мы и увидели легендарное дамасское РКЦ, воспетое и Кротовым, и Грилом, и Бабушками. Высокое красное здание, широкая лестница, стеклянные двери, охрана внизу. Проходишь вери и оказываешься в книжном магазине, из магазина вперед ведет коридор к кабинету директора, а в начале коридора лестница - внизу ресторанчик и интернет. Мы пообщались с дежурным на тему оставления рюкзаков, спустились в ресторанчик, изучили интернет. Расценки приемлемые.

 

Нашел сообщение от Влада:

 

29.07.2005 13:13 Vladislav Gladkikh OK. То есть, встречаемся в Акабе 3-го в среду? как только сможешь, скажи точно день и часы, когда тебя ловить в Акабе, я сообщу, где встретимся.

 

Было два часа дня. Я отправил Владу Гладких в Реховот такое письмо:

 

Не получается у меня Иордания. Сирийская оказалась 2-кратной, и я ее уже израсходовал. Вопрос: не в курсе ли ты, есть ли сейчас въезд из Иордании в Ирак? Пускают? И я слышал, что турки сейчас не пускают из Ирака, если заезд в Ирак не из Турции. Что думаешь?

 

И оставил в гостевой сообщение, благо что на всех компьютерах в РКЦ имеется русский шрифт.

31.08.2005 14: 03 muhranoff Дамаск. РКЦ. В Акабу мы не попадаем по причине некоторых неприятностей. На днях под Сайдой наша машина разбилась в мясо, но мы отделались царапинами. Худшее случилось потом - наша сирийская виза оказалась двухвъездной, а не мульти. Теперь Иордания не вырисовывается, Ирак тоже, ибо вернуться в Сирию будет накладно, а в Турцию вроде бы не пускают при заезде не из Турции... Грустим и думаем, как жить. Ливан в целом понравился, только Бейрут слишком большой и сложный город. Дороговизна страны на нас не отразилась совсем никак. Куфию так и не купили, везде дорого. Сегодня пойдем ее искать здесь.

В Баальбеке добыли себе флаг Хазбаллы. Желтый.

Теперь надо было найти учреждение, уполномоченное решать визовые вопросы и попытаться преватить нашу визу в мультивизу. Учреждение находится рядом - надо вернуться на Шукри и пройти еще квартал на юг. Мы так и поступили. Нашли здание, но нас перенаправили в другое, там мы оказались в учреждении советского типа с множеством людей в форме, толкучкой и очередями. Заниматься нами никто не хотел, все выглядели занятыми и утомленными жизнью. Мысленно мы послали их всех в баню и покинули это бюрократическое место.

 

Теперь второй пункт нашей программы - рынок Сук Аля-Хамидия. А.слышала о нем уже давно, а я не слышал ничего, и только много позже нашел многократные упоминания в путеводителях. Знаменитый это рынок. Классический восточный базар. Правда, глобализация кое-что изменила.

 

Мы пошли от площади Юсуфа, мимо строящейся высотки на проспект Аль-Тавра. Там большой пешеходный мост через проспект, и уже за мостом начинается торговля. Тут же продается тутовый сок, но недешево. От моста надо дойти до реки, потом слева начинается Цитадель с памятником Саладину по центру, а за цитаделью как раз он - Хамидия. Крытая улица уходит влево. Тут мы разделились, ибо А. удобнее торговаться одной. Договорились встретиться возле киоска у реки.

 

Основная крытая улица рынка ведет от Ат-Тавра до знаменитой Омейядской мечети. Тут много народа, много и туристов. Товар - всякое яркое, броское, не очень нужное. То же, что в Стамбуле, примерно то же, что в любом универмаге любого большого города мира. Рассчет на попугайское воображение европейского туриста.

 

Мы с Олегом сделали петлю так же по прилегающим улицам, потом вышли к площади перед мечетью и там сели отдохнуть у чешмообразного фонтана рядом с голубями.

 

Мечеть в Дамаске эклектична. Сперва тут был византийский христианский храм, его несколько раз перестраивали, но некоторые элементы еще сохранились. Войдя в Дамаск, арабы особым договором оставили храм за христианами, потом он использовался для совместных богослужений, а потом поперек договора его превратили совершенно в мечеть, после чего появилось поверье, что храм несчастлив. Он горел несколько раз.

 

В условленное время мы вернулись к киоску у реки, по пути обнаружив продажные финики. Я хапнул сразу полкило. Олег проникся финиками и впоследстви иногда самостоятельно покупал их.

 

С некоторым опазданием (простительно женщине с большим сердцем) появилась А.. Накормили ее финиками. А.выполнила важную миссию - она нашла-таки палестинский платок(белый с черным) и выторговала его за 1 доллар. Наконец-то я избавлюсь от шляпы, которая придает мне какой-то американский вид.

 

Вернулись в РКЦ, посидели в ресторанчике, планируя будущее. А. скорешилась с девушкой, которая распоряжалась тут ресторанным процессом, и девушка посоветовала ночевать в неком учреждении, которое тут недалеко. Спортивное что-то. Решили попробовать.

 

В вечернем сумраке вышли на проспект Аль-Тавра, миновали большой мост и обнаружили комплекс зданий, который на карте обозначен как "Al Fayna Sports Complex". Завернули в ворота. Деревья... Трава... Нас заметили, спросили, по какому мы вопросу. Ответ, что мы пытаемся тут ночевать, многих озадачил - нас затащили в комнату охраны, усадили на стулья у стола, притащили чай и какую-то еду и приступили к долгим веселым расспросам - мол, откуда мы и почему, и как в России жизнь, и как нам Сирия. Ответ на основной вопрос долго не озвучивался. Нам вообще казалось, что они откажут. Олег так и сказал - чего мы ждем, пошли отсюда... Но мы с А. решили подождать событий. Снова чай, разговоры, демонстрация моих фотографий... Попытка накормить сирийцев финиками... И только много времени спустя нам сказали, что в общем-то конечно можно... Если до утра... И показали раздевалку с диванчиком и вешалками. Вентилляции не было. Сойдет и так, мы устроили А.на диванчике, сами раскатали пенки и так устроились. Условия средние, зато в нашем распоряжении оказался местный душ, и я смыл с себя всю пыль, приставшую ко мне за последнюю неделю...

 

Так, в дамасском спорткопмлексе, душной сирийской ночью, закончился для меня июль этого года.

 

1 августа понедельник. Изгнанание демонов.

 

Проснулись мы рано, часов где-то в семь.

 

В это утро произошло важное изменение имиджа: я убрал шляпу далеко в рюкзак, а А. самолично навязала на мою голову куфию. Навязала, посмотрела... И я понял, что если смотреть на мир ее глазами, то мужчина в куфие выглядит ну очень позитивно...

 

Вышли на улицы Дамаска. Планы такие: вернуться в РКЦ и оставить там рюкзаки, затем А. навещает рынок, а я пробегусь до иранского посольства.

 

Рядом с спортзалом обнаружили российское посольство. Подошли к входу ради интереса. Тишина... Позвонили в звонок. Тишина... Ну, как хотите. И двинулись мы к РКЦ.

 

(Здесь - можно посмотреть фотографию толпы АВП-шников перед РКЦ в 2000 году. Примерно так улица и выглядит. даже на этой фотографии видно, сколько в городе таксистов...)

 

РКЦ уже проснулся, двери были открыты, нас там узнали, но сказали, что директор уехал в Москву, скоро вернется - может быть часа через полтора уже вернется. загляните в 10:00? Директор нужен был А. - ее интересовала литература по архитектуре и вообще любая информация. Мы решили подождать, заодно съесть чего-нибудь.

 

Рядом с РКЦ есть едальня. Обычная точка сбыта апельсинов, сока и сэндвичей. Мы зашли, посмотрели... Спросили, почем... Сендвич стоил 35. Мы уточнили стоимость и взяли 2 штуки. е помню, какмы их поделили, но Олег взял себе еще один. Феляфельщик взял у него 100 лир и вручил сдачу: 60. Олег спросил меня, чего это так. Мы с А. спросили феляфельщика - ничего не забыли? Нет, он ничего не забыл. Сколько эта хрень стоит? А вот 40 она стоит. Вы же говорили 35? Кто говорил? Я говорил? Ничего я не говорил...

 

Цена вопроса - 5 лир(2,5 рублей). Но важен принцип. Неприятно, когда тебя разводят. Порок должен быть наказан, причем громко и показательно. Вот только язык я знал недостаточно для показательного наказания порока. Я встал во весь рост.

 

-САИД!

 

Правильно говорить: "Йа саиди!". В моем варианте это прозвучало скорее как "Эй, ты!". Но саид сделал вид, что не заметил.

 

-Саид! Хамса!

 

Саид попробовал свалить. А.тоже сказала ему что-то строгое, но он увернулся от нас и скрылся куда-то. Наверное, решил, что странные европейцы плюнут и уйдут. Денег-то у них дофига... Мы стояли посреди тесного заведения насмерть. Я прикидывал, что бы такое учинить. Олег не понял суть диалога - он отошел в сторону и с непричастным видом рассматривал шеренги апельсинов.

 

-Как будет "воровство"? - спросил я А..

 

-САРИКА, - ответила она демонстративно громко. Никакого эффекта.

 

Знай я арабский, произнес бы что-то вроде: "Не видел тебя твой отец! Выдрал бы он клок из своей бороды и проклял тот день, когда породил, на позор себе, такого сына!" Но я не мог построить такой сложной фразы. Как ни прискорбно, но придется уходить, оставив порок безнаказанным. На прощание я подошел к этому коммерсанту и сказал на чистом русском языке:

 

-У нас за такое руки режут!

 

И изобразил жестом отрубание кисти правой руки. Потом повернулся и ушел. Не помню реакции феляфельщика, но кто-то там издал возмущенный звук. Черт с вами. Гнев Аллаха будет страшнее моего гнева. Кстати, неплохая фраза, надо будет перевести ее на арабский...

 

В некторой задумчивости после такого случая мы обошли ближайшие улицы и обнаружили садик прямо за РКЦ: безлюдное место, скамеечки. Я нашел что-то вроде жилища дворника, где мне выделили газовую гарелку и мы вскипятили себе воду для чая.

 

К 10 вернулись в РКЦ. Директора нет. Ждут его в 11:00. Мы покрутились в ресторанчике, в интернет-зале, порассматривали книжки в магазине.

 

В 11 появился директор. Уже не тот, что при при первых визитах Кротова, а другой - Дмитрий Завгородный. Мы встретили его совершенно случайно прямо в книжном магазине. А.только намекнула про рюкзаки, как он сказал: "Вам пожить здесь надо? Заходите сейчас в кабинет, поговорим..."

 

Директор оказался человеком позитивным. Определенно, Сирия меняет в лучшую сторону даже наших людей. В кабинете нам налили кофе, выслушали А.но повествование о ее дипломной работе, спросили, чем можно помочь в смысле организации жизни. А. вообще свойственно отвечать на вопросы несколько путанно, но тут она себя превзошла. Определенно, ливанские события повлияли на форму ее мышления. Я подумал, что сейчас нас выгонят... На конкретный вопрос директора, надо ли нам место под ночевку, она стала рассуждать как-то очень широко в том смысле, что, в общем-то, мы обладаем некоторый самостоятельностью и в сущности можем в любом саду палатку поставить, собственно говоря...

 

-Это в каком таком саду вы можете поставить палатку?! - удивился Завгородный, которому А. только что позиционировала себя как серьезный и цивильный научный работник. Не помню, что ответила А., но ответила она такое, что директор с некоторым удивлением спросил:

 

-Вам тут, что ли, два месяца нужно?

 

И А., обычно весьма сообразительная, тут вдруг заявила, неуверенной интонацией и глядя куда-то в сторону: "Ну, не то, чтобы два......"

 

-Два дня, - поспешил встрять я, - не больше.

 

В итоге нам предложили поселиться в классе для английского языка. Жизнь в РКЦ кипит обычно до пяти, так что нам посоветовали оставить вещи и пойти бродить по городу, а вернутсья именно после пяти, когда поменьше будет народа. Так мы и поступили - складировали рюкзаки в закрытом помещении бара и вышли на улицу. Решили разделиться - А. с Олегом пошли в сторону рынка, а я побежал в иранское посольство.

 

Я побежал мимо памятника Юсуфу до площади Аш-Шам, там повернул на проспект Шукри-Аль-Куватли, прошел его весь до площади Умавийи и двинулся по длинной и скучной улице Файез Мансура. Миновал два моста, перекресток с улицей 17 Ниссана, оформленный как большая развязка, и нашел таки иранское посольство. Но было 12:30, посольство закрылось. Работает оно, кажется, до 11:00.

 

В задумчивости пошел я к старому городу. По пути где-то хапнул бутылочку пепсиколы за хамсу. Задумчивость моя была так глубока, что я не заметил, как случайно запутался в развязке и убрел на 11 Ниссана. Кажется, я дошел до площади Шухада кана(кольцевая развязка) и там свернул на улицу, ведущую к воротам Bab-al-Jabieh.

 

Я обошел старый город вдоль его южной стены, которая сейчас совершенно незаметна, а только тянется узкая улица с мастерскими жестянщиков. Потом я пытался пройти старый город с востока на запад, но заблудился в переулках и долго блуждал, сам не зная, где. Вышел к большому католическому храму. Решил зайти, а на входе предупреждение: "Вход - 25 лир." Додумались.

 

Когда я вернулся в садик за РКЦ, там уже присутствовали А.с Олегом. Они молчали. Олег был хмур, А. как-то невесела и как обычно чем-то раздражена в олеговом поведении. Мы совместно заявились в РКЦ и нас отвели в класс английского языка. Школьные парты, картинки на стенах, таблицы неправильных глаголов. Мы сдвинули парты к стене, вытащили вещи, разложили спальники, в общем, начали обживаться.

 

Последующее наше существование сохранилось в моей памяти бессистемным набором событий, и я не помню уже, что было сперва, что потом, и что из чего проистекало. Многое я пропущу. Помню, что А.оникла в интернет-зал и познакомилась с палестинцем Муханнадом, который разрешил ей пользоваться интернетом в любых количествах. Позже эта льгота распространилась и на меня.

 

Не помню, куда ходил в тот вечер, но куда-то явно ходил. Бегал за какими-то макаронами... Зачем? Не помню...

 

В сумерках, двигаясь в сторону РКЦ, заметил интернет. Цена устроила. Обнаружил письмо от Влада из Израиля, ответ на мое вчерашнее:

Что же так грустно? До иракских посольств как в Иордании, так и в Турции я не дозвонился. Точнее и там и там сказали, что сегодня всё закрыто, звони завтра. Откуда такая странная инфа, что турки не пускают из Ирака если заезд в Ирак не из Турции? Впервые такое слышу. Они уже так кого-нибудь не пустили? А есть ли у тебя уже иракская виза?

 

Неужели такие глобальные проблемы с деньгами? Иорданскую визу можно получить бесплатно, если потребовать визу ASEZA (AQABA SPECIAL ECONOMIC ZONE AUTHORITY), только потом надо в течении 48 часов зарегестрироваться в Акабе в ASEZA-офисе.

 

Можно ли, находясь в Сирии, сделать RE-ENTRY? То есть добавить ещё разрешение на въезд? Ну или приезжай в Акабу, я тебе займу на обратную сирийскую визу.

Про иракскую визу - это был второй удар после обнаружения конца сирийской. Это ставило крест на всей идее. А инфа про ASEZA - это интересно...

Написал в гостевой такое:

 

1.08.2005 18:07 muhranoff Все еще брожу по Дамаску. Вписались на эту ночь в РКЦ. Завтра либо на юг в БОСРУ, либо на север, пока не знаю. Мороженое тут по 2.5 рубля, финики по 30 ркг... Но туристов избыток. Ирак по слухам уже визовый, так что нацеливаюсь на Грецию.

 

Я вернулся в РКЦ, я был печален и подавлен несправедливостью мира. Я растерял все ориентиры и все мечты. Завтра - в Босру, потом назад, домой... Или на Родос, что ли...

 

Олег в этот день тоже был сумрачно молчалив. В момент отсутствия А. он спросил, что я про нее думаю - в смысле, про их взаимоотношения. Действительно, а что я думаю? Я думаю, что пора их разводить, пока не случилось чего ненужного.

 

-А. тебя загрызет, - сказал я, - так что думай... В сущности, ты сможешь и один вернуться - например, от Антакьи или от Коньи. Там прямая трасса на Нахичевань. А я уж довезу ее до Кемера или Анкары...

 

Это урезало кое-что в моих планах, но что делать. Олег подумал и попросил посмотреть карту Турции. Впервые за поездку эта мысль пришла ему в голову. Ну, дал я ему карту... Пальцем показал, как проехать до Нахичевани, или до Трабзона, если угодно. Расстояние посчитал, время... Олег поводил глазами по карте и углубился в свои мысли.

 

Наступил тяжелый, трагический вечер 1-го августа. Олег заполз в спальник и затих. Я сидел на полу с ощущением утраты целой страны (Ирака). А. лежала рядом, ей было совсем нехорошо. От самого Ливана ей становилось все хуже и хуже, теперь у нее болела голова и она дышала, как носорог, раненый навылет из помпового ружья. И столько безысходности было в этом звуке, столько трагизма, что если бы какой носорог действительно издавал такие вздохи, то вся саванна рыдала бы. Рыдала бы, несмотря на всю свою неприязнь к носорогам, потому что мало кто любит носорогов. 

 

2 августа вторник. Заря новой жизни.

 

От сегодняшнего дня зависело все. Правильнее сказать - все зависело от того, как себя будут чувствовать А. с Олегом. Например, способна ли А. нормально ходить ногами или нет? 

А.оказалась способна. Проснувшись, она вскочила испуганным зайцем и побежала куда-то с подозрительной резвостью. Трудно было поверить, что еще вечером она была еле жива. Либо А.- скрытый МакЛауд, либо я действительно обладаю какими-то потусторонними возможностями.

 

Пошел на кухню... Там ко мне пришел Олег и сказал, что нас приглашают в ресторан. Что-то быстро.

 

Оказывается, в мое отсутствие дверь отворилась и появился человек - немолодой, седоватый, добродушного вида. Этакий Никита Михалков. Он спросил: "Есть хотим? А то пошли...". Мы привели себя в порядок и спустились к проходной. Человека звали Ахмет, он был сириец, а точнее - сирийский абхаз, из тех абхазов, что ушли из России в 19 веке и поселились на Голанских высотах. ("На Голанах сирийцы почти не жили, только абхазы и черкесы...") В годы израильского вторжения Ахмет ушел в партизаны, а потом учился в Петербурге в Академии Художеств, которую окончил в 1979 году. Сейчас преподает рисование в РКЦ.

 

На выходе, на ступенях РКЦ, нам встратился Муханнад.

 

-Куда это вы? - улыбнулся он.

-Да вот тут студентка, специалистка по архитектуре мусульманской приехала...

-А... Ну, ты же у нас тоже специалист по архитектуре... Израильской...

 

Даже мне было смешно. Ахмет отвел нас за пару кварталов в едальное заведение среднего уровня. Все деревянное, зеркала, официанты... Мясо, хумс, хлеб, салаты... Спросил, чего мы тут хотим посмотреть, куда бы нас отвезти. А.говорит - думаем про Маалюлю, про гору Касьон... Ахмет сказал - поехали. Но мы как-то постеснялись ехать аж в Маалюлю, и выбрали поездку на Касьон, благо что это как раз окраина города.

 

Дамаск подо мною... Ахмет посадил нас в приличную такую машину; минут с десять по улицам Дамаска, потом несколько серпантинов - и мы остановились на дороге. Крутой склон порос елочками, далеко внизу - Дамаск, плоский и бесконечный. Скамеечки... Популярное место отдыха, тем более, что на самой горе, как приняло считать, был убит Авель. Туда часто народ наведывается. Не удержался и запечатлелся на фоне города. Позже мне говорили, что зря мы поехали машиной, а надо было продираться в гору окраинами города, это самое интересное. Но мы не знали.

Обратный путь - серпантины между холмов, кусты, памятниу неизвестному солдату в виде большой каски. Оказалось, Ахмет - автор этого памятни

ка...

В Дамаске нет светофоров. Здесь не очень много регулировщиков. Здесь практически нет правил уличного движения и вроде бы даже ограничений скорости нет. Здесь надо надеяться только на свое внимание и умение обращаться с машиной. За все эти дни я не заметил ни одного ДТП или даже намека на него. В РКЦ говорят - тот, кто умеет водить машину в Дамаске, тот усмет ее водит лучше всех на свете. И логика в этом заявлени присутствует.

 

Мы вернулись в РКЦ... Одна мысль сидела у меня в голове и не давала покоя. Я смотрел на ожившую А.относительно спокойного Олега и думал. Потом решил озвучить мысль:

 

-Народ, есть предложение. А поехали в Иорданию?

 

Это была неожиданная мысль. Причин отказа от Иордании было две - упадок духа и визовая проблема. Упадок духа сегодня кончился, а что касается виз... Я чувствовал, что моя идея возвращения через Европу малоосуществима, поэтому отложенную на Европу сумму можно потратить. Всего было у меня 50 долларов с копейками. Иордания бесплатна, выезд - примерно 10 долларов, обратная сирийская виза - 20... Если возврат через Нахичевань - то еще 20. Укладываемся.

 

Был еще вопрос - время. А. до зарезу надо было попасть в Кемер 14-го. Прикинули: 4-го мы в Акабе, потом еще 4 дня в Иордании... Примерно 9 и 10-го пересекаем Сирию, три дня через Турцию... Успеваем?

 

А. говорит - а давай!

 

А Олег говорит - да мне все равно.

 

Я как-то ожил. Синдром достигнутой цели отошел и растаял. Появилась новая цель - Иордания. А Иордания - это легендарная Акаба, это Мертвое море, это Иордан, гора Нево, палестинские лагеря... Это возможность еще немного поговорить на арабском, в который я только-только начал врубаться.

..................

 

Оставил в гостевой такое сообщение:

 

2/08/2005 13:38 muhranoff После ряда колебаний и сомнений мы сегодня таки решились двинуть на Иорданию. Отбываем завтра утром, пробудем там примерно дней пять, едва ли более. В основном посмотрим акабу и Иордан. Побросаем камни в сторону израильского агрессора. Сегодня утром нас возил на гору Касьон бывший партизан, сражавшийся на Голанах. :)

 

ОТТЕР! Мы в РКЦ, в номере 211, внизу можно спросить. Заходи, напоим чаем. Лучше после 21:00 или до 5 дня...

 

Вечером в гостевой у меня образовалась некая таинственая Ксюха, которая оставила такое вообщение:

 

19:51 блин ни хрена не понимаю когда вы там нафиг будете в Акабе. Я завтра в 11 выезжаю туда из Аммана и скорее всего сниму себе квартирку на неделю там.... мне тут папа моего друга Махмуда что-то нашел. Но там можно только одной оставаться и я не знаю, останется ли он со мной в Акабе или уедет домой в Зарку.........тут клево ваще. Хехехехе... блин, напишите, наконец, когда появитесь или звоните или СМСте мой иорданский номер:: +962-*********!!!!!!!Оксана. (первые 962 просто иорданский код, если вы звоните с русского мобила) окей??

 

И ответ Влада:

 

20:31 Ксюх, не злись. Мы просто немного тормозим, как и все нормальные люди. Едем в Акабу завтра. Мы с женой остановимся в каком-нибудь отельчике. Приедем - свяжемся.

 

После пяти я решил пробежаться до рынка за овощами. Рейд по окраинным овощным рядам позволил приобрести пару картофелин, пару помидорин, большой бесплатный сладкий перец, и вот только горького не нашлось. Подвернулся лимон - я взял его в рамках проекта по приручению А., которая неравнодушна к лимонам.

 

А. тоже вернулась с очередной прогулки и принесла для меня апельсин. Трогательно, однако... Олег ушел бродить по округе. А.ересчитывала коробочки с пленками и подписывала каждую на отдельной бумажке. Мне приходили в голову всякие стихотворные ритмы и я сочинил некое произведение с рефреном: "А. ведет мемуары/ Над Дамаском восходит луна." Сперва попробовал фразу "А. считает коробки...", но не нашел рифму на слово "коробки".

 

Около девяти часов пошел на кухню варить суп. За неимением горького перца "суп евфратский" не вырисовывался, придется ограничиться "супом троянским". Но по ходу готовки выяснилось невероятное - громадный красный перец, который я принял за сладкий, таковым не являлся. Это был горький. Я понял это, когда уже искромсал его в суп. Получалось варево какой-то атомной остроты, причем без сладкого перца. "Суп дамаский". На крайний случай я как-нибудь съем, а вот как остальные...

 

Но и остальные тоже справились.

 

Засыпал я с тем приятным и волнующим чувством, которое всегда посещает меня перед проникновением в новую страну... Иордания, Иордания, мы уже идем.

 

 

О чем Подготовка Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6 Часть 7 Часть 8 Часть 9

 

Яндекс цитирования
© muhranoff.ru 2002-2017
контент распространяется на условиях лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0

Техническая поддержка Илья
Страница сформирована за 0.022969007492065 сек.