Свиток Шестой

Рассказывающий о том, как была пересечена Внутренняя Монголия и провинции Шаньси, Хенань, Хубей, Цзянси, Фуцзянь, и как я прибыл в приморский город Чжанчжоу. 11-18 августа

 

11 августа понедельник. Кому что, а мне досталась трасса №208.

 

С этого дня началась наша первая неделя в Китае. Мы только учились ездить по Китаю, только привыкали ко всем его странностям. Это была самая трудная наша неделя...


Проснулись мы где-то после восьми. Палатка наша, напоминаю, стояла в зарослях в черте города Эрляня, что это за заросли и для чего посажены, этого я не понял даже утром. Миронов выбрался из палатки первым. Я еще наполовину спал и смутно различал сквозь сон, как он с кем-то разговаривает - оказалось, в паре метров от нас стоял человек с велосипедом и терпеливо нас рассматривал. На руле велосипеда висел пакет с огурцами. Самое удивительное, что человек оказался в какой-то степени русскоговорящим. Звали его Ван Ты Вонг, по образованию был агрономом, специалистом по выращиванию огурцов в теплицах, и, как выяснилось, мечтал приехать в Россию, чтобы выращивать там эти огурцы. Он спросил, нельзя ли нам чем помочь. Я ответил, что нам нужен какой-нибудь огонь, чтобы сварить еду. Мне пришлось вытащить свой котелок и руками изобразить огонь под ним. Господин Ван нас понял и сказал идти за ним.

 

Мы минут с десять следовали за ним среди деревьев к ближайшим многоэтажным строениям. Надо заметить, что ничего узнаваемо китайского мы пока не заметили. Почему-то китайские города степной полосы сильнейшим образом смахивают на наши. Возле одного из домов Ван загнал велосипед в гараж, провел нас на нужный этаж и запустил в дверь.

 

Так я в первый и в последний раз оказался в китайской квартире. Квартира эта была невелика, но в ней было чисто, аккуратно и светло. Предметов на удивление мало - например, не помню там каких-нибудь шкафов.

 

Дома находилась жена Вана, и они решили нас накормить. Пока создавали еду, я осматривался. Бросилось в глаза, что в квартире все китайское - термос, телевизор, какие-то коробочки, лекарства, обувь, одежда - все. Полное самообеспечение.

 

Появившаяся еда напоминала скорее суп. К ней прилагались огурцы и хлеб в виде вареного на пару теста. Было похоже на то, что в Сайншанде называли "мантуу", только больше размерами. Как и в Монголии, Миронов отнеся к этому хлебу прохладно.

 

После еды Ван поведал нам о своей идее переехать в Россию и спросил, нужны ли там агрономы. Лично я в этом сомневался. Я сказал, что на севере у нас огурцы выращивают мало. Возможно их завозят с юга. В любом случае спрос на специалистов по теплицам невелик. Я формулировал мысль деликатно, поэтому несколько длинно.

 

Часов в десять мы попрощались, сказали всем спасибо и покинули квартиру. Я заметил, что на дверях приклеена пестрая цветная бумага с иероглифами - такие обычно наклеивают китайские студенты в общежитиях...

 

Нам указали направление на центр и мы пошли изучать Эрлянь. После Монголии мы долго не могли привыкнуть к цивильности и размерам города. На главной улице возвышался музей динозавров. Наверно, стоящее место... Встретилась группа женщин, меняющих валюту. Они окружили нас, как цыганки, размахивая калькуляторами, на которых высвечивалось "7,2". Я почему-то решил поменять пять долларов из имеющихся пятнадцати. Вид пятерки вызвал у эрляньцев разочарование - они явно ожидали пухлую пачку стобаксовых бумажек. Курс снизился, и я получил не 35 юаней, а что-то около 32. Впрочем, еще юань я попросил себе в виде исключения. Дали.


Проспект уперся в перекопанный участок, а затем широкой полосой асфальта удалился в степь. Мы встали за участком в ожидании транспорта. Вокруг - сухая трава, деревца... Я старался прочувствовать, что вот - Китай. Китайская трава...

 

Машин не было. Мы уточнили направление, спрашивая дорогу на Датун - нас сперва послали куда-то на восток, где уже другие люди отослали нас обратно. Машин не было, уверенности в правильности дороги тоже. Я побоялся, что Эрлянь окажется такой же дырой, как Зуумун-Уд, и выбираться из него придется поездами, теряя драгоценное визовое время.

 

И вот, наконец-то появился грузовичок, в кабине было много народу, в том числе и женщины, но мы замахали руками с намеком на кузов. Машина остановилась. Серьезный водитель спросил, куда нам надо. " Wo-men cheh che Datun " - втолковал я, и уточнил, что, в общем, туда, в ту сторону. Вроде бы нас поняли. Водитель спросил про деньги. Я неграмотно ответил " Bu chian". Водитель сделал недовольное лицо и полез обратно в кабину. Ничего, подумал я, сейчас женщины спросят, чего мы хотели, он ответит, что не захотел брать нас без денег, они его усовестят...

 

Так и вышло. Вскоре мы уже мчались по степи в кузове грузовика, обдуваемые ветром. Степь напоминала монгольскую, но что-то было в ней свое, непохожее... На западе я заметил машины - там была вторая трасса. Поразительно. Здесь дороги не только существуют, но их еще и много. Правда, шоссе в четыре полосы быстро сузилось до двух полос посредственного асфальта, но это уже мелочи.

 

Километров через 30 грузовичок вильнул на боковую колею, выехал на западную трассу и вскоре свернул влево. Мы вышли. В стороне от трассы находилось какое-то строение, я отправился туда за водой и нашел там группу рабочих, которые без всяких вопросов показали мне на большой бидон воды и ковшик. С двумя бутылками я вернулся к Миронову.

  
В 13:15 мы продолжили охоту на фуры. На этот раз опять остановилась едва ли не первая фура. (Вторая, кажется.) В ней находился один водитель, что несколько странно, так как в Китае фура с одним водителем останавливается редко. Фура была лесовозом, водителя звали Хан Менг По. Он вез наш родной сибирский лес, может быть тот самый, с которым мы пересекали кяхтинский погранпереход. Я стал выяснять маршрут и оказалось, что фура идет в Цзин-Ин. А это километров с 200 или 250! Мы не верили нашему счастью.

 

Хан подарил мне монету в 1 юань, к великой зависти Миронова. Андрей порылся в закромах родины и достал оттуда наш российский рубль, который мы в ответ вручили Хану. Тот был в восторге. Позже мы стояли на бензоколонке, Хан общался с кем-то из водителей, и те интересовались, что это за белые мистеры и сколько долларов мы ему заплатили. (Домысливаю диалог исходя из интонаций и выражений лиц.) Хан отвечал, что везет за так, зато вот получил такую странную штуку - и показал рубль. И все рассматривали наш рубль.

 

Почти пять часов провели мы в этой машине. Местность становилась все более обжитой. Проявилась традиция засаживать обочины трасс цветами, чего я потом не замечал в остальном Китае. Появились первые деньгособирательные ворота ( TUUL GATE) - громадный терминал со шлагбаумами и будочками, где люди в форме взимают деньги за проезд по дороге. У каждого такого терминала - карта прилегающей местности. Карта примитивная, но все равно удобно. Вдоль трассы - белые километровые столбики. На каждом номер трасс ы ( G208) и километраж от границы. И через каждые 100 метров - тоже столбики с цифрами от 1 до 10. После Внешней Монголии все это бросалось в глаза и вызывало удивление.

 

18:30 - мы покинули Хана на объездной Цзин-Ина, большого замусоренного города. Мы оказались у большого поворота, и все вокруг было застроено зданиями. В стороне возвышалась громадная конструкция бензоколонки. Миронов предложил мне сфотографировать это чудо цивилизации, но света было мало, вечерело.

 

Пора было поэксперементирвать с едой. Мы завернули в ближайший пустующий трактир и поинтересовались наличием горячей воды. Воду нам дали, но не очень горячую, так что чай в ней заваривался тяжело. Пожертвовав для науки 1 юань, мы взяли по большой булке, посыпанной чем-то белым. Ничего необычного в этой булке не обнаружилось, но все таки еда. Подбирая крошки, я подумал, что сейчас поймаем еще машину и успеем проскочить до Датуна, а то и дальше, а завтра с утра - Тайюань... Я еще не знал, что в Китае нельзя ничего планировать на полдня вперед.

 

На повороте, который нам указал Хан, мы поймали грузовик и успели проехать на нем с десяток километров, когда вдруг выяснилось, что едим мы не в Датун, а в Пекин. Мы выскочили из грузовика, как ошпаренные, и стали ждать обратного транспорта; для скорости даже разделились. Как водится, Миронов остался стоять, а я пошел вперед. И вот очередная фура проскакивает Миронова и тормозиться передо мной. Внутри целая семья - человека четыре, даже одна женщина, они с интересом стали выяснять, чем моя проблема. Подбежал Миронов... Китайцы явно не поняли, чего мне надо, но запустили нас в кабину.

 

Я постарался узнать, где правильный поворот на Датун, на что мне отвечали примерно так: все в порядке, мы вас спасем, сейчас будем звонить. Достигнув Цзин-Ина, машина свернула влево, проехала немного, и вся компания со мной вместе отправилась звонить. Нашелся магазин с телефоном - китайцы нашли англоговорящего человека (кажется, из полиции или администрации какой-то) и попробовали узнать, чего я хочу и как меня спасать. Я стал излагать ситуацию, но без большого успеха. На стене висела карта Китая - я показал по карте направление пути. И вдруг всем стало ясно, что я еду в Да-атун. Такой город они знали, и нашелся парень, согласившийся показать дорогу. Мы попрощались с экипажем грузовика и все были очень рады, что мы спасены и не погибли на пекинской трассе. Парень повел нас вперед, где метров через 300 показал с моста пролегающее внизу шоссе. Ура, мы нашли дорогу. Жаль только, что уже стемнело.

 

Мы попробовали ловить машины, но это перестало у нас получаться. Я еще не знал, что ночью в Китае почти никто не останавливается. Поняв, что зависаем, я предложил разделиться. Миронов, как обычно, осудил эту идею, но надо же было покидать Цзин-Ин, а кроме того - пора было что-то съесть, а поодиночке это сделать проще. И я снова пошел вперед, оставив Миронову привилегию поймать первую машину.

 

Через полчаса Миронова угораздило поймать таксиста, который сперва провез его вперед, потом повернул назад - там они заметили меня и забрали к себе. Таксист понял, что нам нужен Да-атун, но ехал отчего-то в Цзин-Ин. В городе он нашел англоговорящую девочку, которая, постепенно подбирая слова, объяснила нам ситуацию: он не едет в Датун, но согласен нас отвезти, но вот денег у нас нет и он не знает, что делать.


Пришлось объяснить, что мы не принуждаем его везти нас куда-либо, пусть только вернет нас на позицию. Таксист согласился вернуть, но выполнил это наполовину...

 

Миронов извинялся и каялся.

 


Мы снова разошлись, примерно обозначив встречу в Шаолине или в Чженьчжоу. Миронов убрел в темноту. Мы еще не знали, что найти друг друга не сумеем, и встретимся только дома в октябре месяце... Так что на этом Миронов исчезет из нашего повествования.

 

...Я стоял в свете придорожного трактира и ждал машин. Машины меня игнорировали. От местных жителей никаких предложений не поступало. Тогда я зашел в трактир и, спросив воды, стал пить чай. Народу в трактире было много, они заинтересовались моим появлением, но сдержанно, как будто не знали, как полагается себя вести в такой ситуации. Я ответил на пару дежурных вопросов (откуда, куда...) и показал свою карту, которая прошла по всем рукам, вызывая шумное обсуждение. Тогда я спросил, а нельзя ли тут ужин сварить.

 

Поняли меня не сразу. Пришлось нарисовать котелок и огонь под ним, и иероглиф "огонь" рядом. Так же пришлось достать настоящий кателок и показать его - вот, мол. Показал в сторону кухни - там можно? Мне ответили так: там нельзя, но можно здесь - вон газовая горелка.

 

И так впоследствии повторялось много раз: китайцы неохотно пускали на кухню, но часто предлагали горелки или печки... И вот началось шоу "приготовление овсянки в китайском трактире". Горелка стояла на полу, на нее я установил котелок, поместил туда принесенную заинтригованной хозяйкой воду и засыпал овсянку. Мешок овсянки так же вызвал повышенный интерес. Огонь у горелки был слишком сильный и регулировался плохо, это негативно влияло на весь процесс, но я делал вид, что все в порядке.

 

Овсянки наварилось миски с три. Я съел их все, ибо был не уверен в том, что завтра с утра будет время на такие изыски. Китайцы задумчиво посмотрели на то, как я догребаю овсянку и сказали, что я, видимо, очень голодный. Я ответил, что нет.

 

Сосед справа показал на тарелку чего-то и предложил присоединиться. Я присоединился уже просто из научных соображений. Мы уплели что-то и тут внесли еще одно огромное блюдо. Пришлось присоединиться и к нему.

 

Покидая трактир, я почувствовал, что перестарался. Овсянка была явно лишней, но без нее ничего бы не последовало. Впредь буду добывать еду осторожнее. ... Теперь пора было искать стоянку. Я прошел вперед по трассе и заметил каменную стену по левой стороне. За стеной - не то поле, не то газон. И деревца. Но главное - стена, она загораживает меня от трассы. Я побродил между деревцами, нашел ложбинку и раскидал там пену и спальник.

 

Маловато за сегодня прошли - километров с 300. Это, конечно, по маломашинной Монголии, да учитывая время, потраченное на завтрак... Но все равно. В условиях России были бы уже в Тайюане. А пока я на широте Баку, Стамбула и Мадрида.

 

12 августа вторник. Автостоп в провинции Шаньси.

 

Утром я проснулся с ощущением полнейшего нежелания чего-либо есть. Так повлият вчерашний ужин. К 9:00 вышел на трассу, первый же грузовичок подвез немного до TUUL GATE. Ряд ом с воротами была приспособлена карта местности, обочина засажена цветами.

 

Трасса была пустовата, но первая же легковая остановилась и взяла до Датуна - километров на сто. Местность становилась все более неровной, пошли глубокие овраги и целые ущелья с глинистыми склонами. Миновали Фен-Чжен(Fengzhen), обойдя его с востока. Мелькнула скала с постройкой старинного вида - остатки каменных стен, ветхие деревянные крыши...

 

10:25 - Датун. Когда-то это была столица империи Северное Вей и в окрестностях города много всяких старинных сооружений, включая какие-то знаменитые пещеры. Но для детального исследования нужна виза месяца на 2-3, так что исследованиями я займусь на юге. И Датун я посещать не стал, хотя там есть, как потом выяснил, какая-то старинная фортификация.

 

В Датуне мне указали нужный поворот, на котором не было никаких указателей. Тут меня подобрал маленький грузовичок до развязки с указателями, откуда меня подобрали две грузовые машины. Они шли прямо в Тайюань, и я уже подумал, что попадаю в этот город. Однако, Китай непредсказуем.

 

В 12:20 грузовики свернули на боковую стоянку и объявили, что тут надо есть. Есть мне не хотелось, но интересно было посмотреть, что будет, и вслед за водителями я вошел в придорожный трактир. На столе появилось пиво. Чуть позже возникла еда - это был мой первый "завтрак дальнобойщика", как я потом назвал этот набор блюд и последовательность их появления. Первой на столе появилась тарелка соевого мяса с острым соусом - одна на всех. Мне намекнули на палочки - мол, этим едят. Я взялся за палочки. Чуть позже принесли тарелку простого мяса с соусом - это была основная еда. Последней на столе возникла большая лохань еды, напоминающей суп - слабый бульон с кусками овощей и травой. Его можно было наплескать фарфоровой ложкой в свою чашку и пить.

 

Еда окончилась внезапно: вдруг все стали вставать, оставив много всего вкусного. Лохань с супом осталась почти нетронутой. Меня удивило такое отношение к процессу, но позже я постиг, что это вообще свойственно китайцам - они берут много всего, но мало чего съедают.

 

Покидая трактир, водители оставили на столе 15 юаней. Два доллара. А нас было четверо.

 

Дальше произошло нечто странное: проехав еще какое-то расстояние, водители сказали, что взяли бы меня в Тайюань, да вот беда - денег у меня нет. Так что надо выходить. Я удивился, но вышел. Мотивы их поступков остались мне непонятны.

 

Небольшой грузовичок с тремя китайцами подобрал меня и ввез в город Сюджоу. Здесь в 15:30 остановилась вся из себя серьезная черная легковая " Folkswagen-santana" . За рулем был сурового вида китаец, который молчал всю дорогу с самурайским хладнокровием. Он был похож на большого начальника, судя по повадкам и уверенности в движениях. На его "сантане" мы мчались по автобану между грандиозных гор. Здесь земная кора была кем-то смята и изломана, громадные пласты громоздились один над другим, и лес покрывал доступные ему участки. Извивалась железная дорога, пропадая в туннелях. Я не заметил, как прошло два часа - в 17:30 машина въехала на северную окраину Тайюаня и самурайский водитель объявил - вот, мол, твой Тайюань. И я вышел.

 

Дело шло к вечеру. Я решил потратить часов пять на изучение первого китайского города. Надо было найти интернет, купить какую-нибудь карту Китая и вообще понять, какая польза бывает от городов.

 

Народу на улице было множество - они торговали, или покупали, или толпой куда-то шли или пробирались через толпу на велосипедах. Группа детей срисовывала каменных львов перед зданием банка. Подвернулся рынок, заваленный овощами, уже свертывающий работу за поздним временем.

 

Я обнаружил стенд-карту города и пристально ее изучил. Улица Цзефан Лу(Jiefang Lu), по которой я шел, пересекала город до южной окраины, где-то в середине шла мимо городского парка. Улица Синцзян Лу, что кварталом западнее, тоже шла на юг, но там превращалась в трассу... Я пошел вперед, высматривая интернет.

 

Интернетом не пахло. Я заприметил группу молодежи в каком-то магазинчике и спросил:

 

-Дже ли интернет йо? (Здесь - интернет - есть?)

 

Вопрос не поняли. Я пошел дальше, заглядывая во все помещения первого этажа - там обычно стеклянная стена. Темнело. Заметил молодого человека с компьютером, спросил про интернет. Он неуверенно что-то ответил, потом вызвал девочку неопределенного возраста - как я понял, главную в этом месте. Это была полноватая, долго соображающая девочка, которая владела английским, но очень долго подбирала нужные слова - есть в Китае такой тип женщин. Интернет нашелся. Вопрос денег не встал - позже я узнал, что в Китае это стоит 2 юаня за час - нам бы такие тарифы. Я немедленно взялся за компьютер. Там даже оказался русский язык - я тогда не понял, как мне повезло. (Русской клавиатуры, разумеется. не было, но шрифт он понимал.) Нечастое это дело - компьютер с русским языком. Я написал кратко:

 

12.08.2003 14:55 muhranof CHINA;TAIYUAN Мы в Китае!!! Мы круты немерено. Сегодня приехал из Tsin-In сюда, завтра - на Чженьчжоу. Автостоп прекрасный. Никакой пневмонии не вижу. Кормят на убой. Только интернет тут слабо известен, даже слова такого не понимают...

 

Продолжая исследование улицы, я попал в книжный магазин. Нашлись автодорожные атласы Китая - несколько вариантов, по 8, 13 и 17 юаней. Я избрал дешевый карманный вариант. Вручил кассирше 8 юаней, на что она вежливо возразила: эта книга на самом деле стоит 7 юаней. Надо сказать, что на всех книгах здесь цена написана на той же странице, где тираж и время выпуска. Как у нас в советское время. ... Да, минувшее десятилетие изменило меня, мне трудно понять, как такое может быть. Не могу спокойно смотреть на цену на последней обложке. Посещают мрачные мысли, сам не пойму, от чего.

 

Двигаясь по улице на юг, я уже в свете ночных фонарей вышел к парку. Парк выходил на перекресток большой подсвеченной скалой с пещерами и водопадами. Над скалами росли деревья, туда можно было подняться и обнаружить тропинки и скамейки. Там я покрутился в темноте, выбрался к озеру, где все было также очень красиво, но ночью такие вещи трудно оценивать. Одно было ясно: спать здесь затруднительно.

 

Я переместился с проспекта на параллельный и пошел на выход. Шел до тех пор, пока мне не надоело это занятие. Тогда я нашел какой-то забор, ограждающий заросшее высокой травой пространство, и зашел туда. Там даже были какие-то строения и люди, но обрести тут ночевку было маловероятно и я убрел в заросли высокой травы. Там расстелил спальник и замаскировался тентом.

 

В целом день прошел неплохо я прошел 414 километров, нашел интернет и исследовал город. Хотя для скоростного движения темп невелик. Ничего, завтра наверстаем...

 

Между тем я еще не знал, что Миронов за сегодня прошел даже меньше и ночевал где-то севернее Тайюаня.

 

13 августа среда . Долгая дорога к Хуанхэ .

 

Если вчера солнце, пусть бледное, но светило, то сегодня с утра - серо и хмуро. Я проснулся, никем не замеченный, и лежал, листая атлас. Неудачно повернувшись, сломал дужку очков. Хуже некуда. Где мне теперь ее припаять?

 

Задача на сегодня - прорваться к Хуанхэ и постараться отыскать Шаолиньский монастырь. Там можно поискать Миронова.

 

Около восьми часов утра я вышел на проспект ловить машины. Машин почти не было, людей тоже немного. Все еще спало. Изредка проскакивал рейсовый автобус или другая внутригородская машина. В 8:00 меня взяли на небольшое расстояние. Снова жду транспорта и вдруг - останавливается вчерашний "самурай" на "сантане"! Я подумал, что мне повезло. Однако, самурай так не подумал. На этот раз он был со спутником и они спросили - куда же я еду? Если вчера я ехал в Тайюань, то почему теперь еду в другое место?

 

Китайцем вообще свойственно стремление решать проблемы человека все сразу и сейчас. Они не умеют помогать по принципу: "я тебя довезу до поворота, а там сам добирайся." Хозяин сантаны полагал, что вчера спас меня раз и навсегда, и теперь был неприятно удивлен, увидев меня снова с какими-то, на его взгляд, проблемами. Я попробовал объяснить, что вот так езжу по Китаю, но это произвело на него негативное впечатление. Он демонстративно попрощался и уехал. Он решил, что я движусь без географической цели, поэтому моя деятельность бесцельна.

 

Чуть позже меня взял джип и завез в Донгуан в 9:45. Тут трасса разветвляется: прямо - на Сиань(№108), влево - на Чженьчжоу(№208). На развилке авторемонтные мастерские, все черное от угольной пыли.

 

В Донгуане я впервые осознал, что прежняя моя скорость передвижения - это специфика крайнего севера Китая. Возможно, сказывается монгольский менталитет. На развилке я впервые завис на целых два часа. Я стоял, потом шел, потом снова стоял. Завернул в трактир, достал юань и спросил, что я могу съесть на такие скромные деньги. Результат разговора - тарелка еды и стакан чая. Еда - неизвестные мне овощи и что-то вроде фасоли.

 

И вот только в 12 или в час меня подобрал Хан Гуан Фу, главный менеджер компании по постройке мостов - Shanxi road bridge international co., ltd. Мы помчались на приличной скорости мимо кукурузных полей, Хан владел английским, очень удивлялся моей сущности и часто показывал жестами, как это здорово, что я вот так решился. В одном месте он забежал в ларек и принес сухарей - похоже на тонко нарезанный батон. Сказал, что не портится две недели. Я для приличия сгрыз несколько. Хан сказал - постой, не трогай, и снова сбегал в ларек. На этот раз он принес 2 бутылки лимонада и 4 булки. Лимонад был со вкусом алоэ - темно-зеленого цвета, очень распространенная в Китае вещь. Мне, впрочем, не особо нравится.

 

Я успел порадоваться темпам движения, но в 14:00 пришлось остановиться - что-то произошло на трассе и машины посылали в объезд. Слева тянулась узкая грунтовка и два потока машин медленно, с большими паузами, двигались по ней. Обычно машины просто стояли, а водители курили в стороне. Раз в 5-10 минут происходил сдвиг колонны и машины проезжали 10-20 метров. Хан недовольно смотрел на часы и время от времени куда-то звонил.

 

В пробке мы потеряли два часа, только в 16:00 удалось вырваться на ровный асфальт. Два часа я рассматривал пыльную кукурузу и мечтал попасть хоть бы на трассу, не то что в Шаолинь...

 

Хан высадил меня в Чжан-Цзяне, указав направление на Цин-Чен. Там что-то ремонтировали и машины шли в объезд по пыльной грунтовке. Каким-то образом мне удалось сговориться с автобусом - уже не помню, как именно.

 

В 20:17, в ночной темноте, мы въехали в город, проехали до места, где улица была перегорожена кирпичной стеной неясного назначения и здесь мне сказали - "Выходи, Цин-Чен". Я вышел...

 

Еще в машине Гуан Фу объяснил мне, что для попадания в Шаолинь надо выбираться из Цин-Чена на Ян-Ши. И вот я пошел спрашивать направления на это Ян-Ши. Я шел по широкому проспекту с большими деревьями, справа и слева громоздились высотные здания, как в центре Москвы. В кинотеатре шел "Властелин Колец".

 

По дороге со мной случилась характерная для Китая история. Я спросил серьезного молодого человека в очках, где тут Ян-Ши. Задав несколько уточняющих вопросов, молодой человек показал - прямо по проспекту. Я внял его совету, пошел вперед, и на первом же большом перекрестке пожилой китаец с велосипедом стал интересоваться - куда это я в такое время. Я ответил, что в Ян-Ши. Велосипедист отреагировал так эмоционально, что я понял - иду не туда. Куда же надо? Велосипедист уверенно показал - направо. Я засомневался... Тут как раз нас нагнал молодой человек в очках, заметил мою задумчивость, посмотрел вопросительно.

 

-Ян-Ши - там? - спросил я его, указывая направо.

-Нет. Прямо.

-А вот он говорит, что - там.

 

Молодой человек обратил свой взор на велосипедиста. Тот что-то уверенно заговорил - наверное, поучал молодого человека не делать необдуманных заявлений и советоваться со старшими и не посылать иностранцев черт знает куда и так далее... Молодой человек задумчиво его выслушал и ответил кратко. Смысл я понял без перевода:

 

-Он пешком идет.

 

Велосипедист потерял дар речи. Все ясно - он указывал мне направление на автовокзал. Так я и оставил его удивляться загадочному устройству мира, и удалился.

 

Я шел и шел, улицы пустели, город не кончался. Я заметил строящийся дом. В Китае они интересны тем, что строители дома обычно в них же и живут. Хуже то, что такой дом принято огораживать бетонной стеной. Я нашел ворота. С третьего этажа меня что-то строго спросили. Я поинтересовался - нельзя ли тут спать. Нельзя.

 

В 21:20 я завернул в пустующий трактир, добыл горячей воды и организовал себе пакетиковой лапши. Машины на дороге кончились, люди пропали, а вот мест под ночевку все так и не предвиделось. Да, перенаселенность Китая действительно, проблема.

 

Когда я вышел за черту города, то понял, что стою на автобане. Мне же нужна была федеральная трасса № 207, а это не она. Мучительный поиск дороги на Ян-Ши кончился тем, что я на нее не попал. Я постепенно начал понимать, что такое ориентирование в Китае. Хорошо еще, я с атласом, а то бы вообще погибель.

 

Итак, я стоял на чженьчжоуском автобане, и путь у меня был только один. Или, может быть, вернуться утром в город и поискать трассу на Ян-Ши? Утром над этом и поразмышляем.

 

Справа от автобана был склон; я забрался наверх и выбрал там для ночевки незаметное место. Я почти достиг 35-й параллели, это пока максимум моего продвижения на юг. В прошлом году я добрался до 36-й... Плохо другое, за сегодня я прошел всего 332 километра. Темпы падают. Или забыть про Шаолинь и - на юг?

 

Шаолинь был нами намечен как место предполагаемой стрелки. Но я не знал, что сегодня Миронов поймал удивительный дальнобойный грузовик, который вез его четыре дня на юг.

 

14 августа четверг. Хэнань - "Провинция южнее Реки"

 

Рано, часов в восемь, я проснулся на горке над автобаном, среди высокой травы и небольших деревьев. Было тепло и хорошо и вставать не хотелось. Я лежал и думал о том, что в Шаолинь, пожалуй, не поеду, потому что снова проходить через Цин-Чен - это потеря времени. Вообще, я этот город уже видеть не могу... Проскочу в Ухань, там попробую найти Миронова.

 

Я вышел на автобан и неожиданно остановилась едва ли не первая машина - легковая, очень приличного вида. Водитель без вопросов взял и стал выяснять, куда именно я еду. То, что я еду просто вперед, ему было непонятно. Что-то поняв из моих слов и движений пальца по атласу, он вдруг стал куда-то поворачивать. Во мне зашевелились дурные предчувствия. Мы оказались на какой-то федералке и, судя по положению солнца, двигались на север. Я уточнил, там ли Чженчжоу. Водитель сказал, что нет, но ехать надо туда.

 

Неожиданно федералка оказалась перекрыта большим скоплением полиции. Наша машина встала и водитель пошел выяснять, что к чему. Надо сказать, что у него был интересный электронный словарь - если палочкой нарисовать на экране иероглиф, словарь выдавал варианты на английском. Вернувшись от полиции, китаец изобразил на экране несколько линий и умная машина лаконично выдала: "wait". Стали ждать...

 

Ждали мы долго. Я выходил из машины подышать воздухом. Спросил полицейского, где тут Чженьчжоу - тот показал обратное направление. Ничего не понимаю. Водитель уверяет, что все идет по плану... Какого черта я не выучил китайский язык.

 

...у окна образовался пожилой человек с девочкой. Наверное, попросят подвезти, подумал я. Они что-то у водителя спросили, тот стал отвечать. Мелькнуло "Елосы". Меня, что ли, обсуждают? И тут вдруг девочка на чистом английском очень серьезно заявляет - ваш паспорт, плизз. Это, оказывается, миграционная полиция! Откуда она тут взялась???

 

Девочка внимательно пролистала паспорт, пристально изучила визу, спросила, куда я еду.

-Вообще-то в Чженьчжоу.
-Да, но Чженьчжоу не в той стороне.
-Я уже понял. Я просил подвезти меня в сторону Чженьчжоу, и вот меня куда-то везут. Наверное, знают куда.
-Где вы встретили этого человека?
-На трассе.
-И вы согласны ехать туда, куда он вас везет?
-В принципе - да.
-Сколько вы ему заплатили?
-Нисколько.
-Нисколько?!

 

Такого не бывает, решила, видимо, девочка, и обратилась к водителю за разъяснениями. Тот подтвердил - да, везу так. Далее последовал еще один долгий диалог с участием разных лиц, и наконец, я понял суть явлений. Водитель вез меня куда-то туда, где есть автобусы. И ради этого завез меня километров на 50 к северу от Цин-Чена. Наверное, мне просто кармой не положено увидеть Хуанхэ.

 

Полиция не нашла ничего плохого в происходящем и развела руками. А водитель вдруг узрел автобус, ушел с ним разговаривать и вскоре замахал оттуда руками - мол, садись, я договорился.

 

Не понимая, о чем он там договорился, я взвалил на плечо рюкзак и полез в автобус. Как я понял, за меня даже что-то заплатили.

 

Автобус был снабжен телевизором, который показывал какую-то комедию. Интересно, если автобусу заплатили 40 юаней... Этично ли будет выйти через 10 километров, попросив обратно 30? Деньги в моем случае немалые. Подумав, я решил, что не этично.

 

Автобус шел раздражающе медленно. У въезда в Цин-Чен он встал и чего-то ждал. Только украв у меня таким образом полчаса, он въехал в город, прикатил на автостанцию и заявил мне - мол, приехали. Так я оказался в центре Цин-Чена, из которого с такими трудами вышел вчера вечером.

 

Стал узнавать направление на Чженьчжоу и, как водится, мне указывали все стороны света. Я сделал по городу сложную петлю и неожиданно вышел к той самой кирпичной стене, возле которой вчера вышел из автобуса. Судьба решила надо мной пошутить, но шутка вышла какая-то неудачная.

 

Во всем этом был только один малоутешительный плюс - теперь я хотя бы знал, куда идти. Злой на это город, который упорно не желал меня отпускать, я шел по знакомым улицам, надеясь выбраться отсюда как можно быстрее. Когда идти надоело, я попробовал что-нибудь поймать. Попытки через какое-то время увенчались успехом - остановилась машина. На ее красный таксистский цвет я сперва не обратил внимания. В машине, кроме водителя, были еще люди. Я сказал, что мне в сторону Чженьчжоу. Взяли. Неожиданно выяснилось, что тот автобан, на который я выбрел вчера ночью - это не тот. Меня вывезли на правильный и все бы хорошо, но вскоре машина встала перед деньгособирательными воротами. Водитель спросил - нет ли у меня каких денег? Я сказал, что не густо. Он не понял - как это так? Дал задний ход, отъехал к обочине.

 

Тут произошел длинный и непонятный мне разговор между обитателями машины. Водитель что-то решил, снова въехал в ворота, отдал несколько денежных купюр и двинул дальше. Однако, проехав за ворота совсем немного, он свернул влево, вырулил на асфальтированную площадку и остановился. Над площадкой висела вывеска: " Tourist area" . Парень показал на нее пальцем - мол, оно?

 

Хм... Я ответил - не оно, я в Чженьчжоу иду, говорил же. Парень вроде сообразил ситуацию, но неожиданно захотел денег. Что ж ты раньше молчал, родной? Я повторил, что с деньгами некоторые сложности. Парень не понял. Я повторил, что "чай есть, еда есть, денег нет". В отчаянии парень велел показать еду и вообще продемонстрировать рюкзак - что я и осуществил. Я выгружал бутылки с сахаром и крупой, а парень смотрел на меня так, как будто я лишил его последней надежды выкупить родственника из японского плена... Все уже было понятно, он не знал, как со мной поступить, но не отпускал. Чтобы несколько его усовестить, я вывел на пыли капота:"taxi"

 

-Чего это? - спросил парень. Я показал - мол, наверх поставь такую штуку, если хочешь деньги собирать. Что б всем видно было.

- А у меня есть!! - возрадовался парень, вскрыл багажник и - о, проклятье! - вытащил желтую таксистскую надпись. Он действительно был таксист! Я взвыл и на чистом русском языке прорычал:

-Так какого ж хр-рена ты не возишь ее на месте?!!

 

Кажется, никто не ожидал такого всплеска эмоций. Что делать, события последних дней сказываются... Я взвалил на себя рюкзак и пошел прочь. Никто не решился препятствовать. Я вломился в кусты и так - срезая путь - выполз на трассу. Скоро гора закрыла от меня злополучного таксиста...

 

Я стоял на автобане перед мостом через ущелье. Я был на таком взводе, что был готов прогнать с трассы даже полицию, если бы она пришла про мою душу... Одно хорошо на юге Шаньси красивые горы. Просто сказочные... Погода вот только подводит.

 

С этой позиции грузовая машина взяла меня куда-то вперед. Я сперва подумал - до моста, но оказалось - прямо в Чженьчжоу. Так я покинул кукурузную Шаньси, которая уже казалась мне бесконечной.

 

Было сумеречно и серо, когда машина въехала на бесконечно длинный мост через Хуанхэ. Река оказалась несколько меньше, чем я предполагал. Она разветвлялась на несколько проток, заливные луга были огромны, но основное русло - метров с 50, можно переплыть не напрягаясь. Действительно, мутная...

 

Машина уходила в Чженьчжоу, а я вышел еще на автобане - на мое счастье, в город не отвезли. А могли бы...

 

Чженьчжоу(Zhengzhou). Он виделся скоплением высотных зданий к западу от трассы. Лезть в этот мегаполис времени не было. Когда-нибудь постараюсь сюда заехать и даже пожить пару дней. Тут и Шаолинь недалеко, и Лоян, столица при династии... Тан, что ли? Много чего тут есть.

 

Шел дождь. В Китае это не мешает, но некоторый дискомфорт ощущается. Машины пролетали мимо, обдавая меня волнами водяной пыли. Остановилась машина, где обнаружились три женщины, причем весьма молодые - такое только в Китае случается. Повезли без вопросов, и о деньгах, разумеется, не спросили, и даже выделили рулон бумаги заместо полотенца. Такой вот чисто женский жест. Я рассказал, откуда еду и куда, и вдруг юные создания заявили мне, что это не та дорога. Мне-то надо на юг, а я еду на север, в Чженьчжоу.

 

Я заколебался. Однозначно, я нигде не мог повернуть на север, но местным-то, как я понимаю, виднее. Разве что девицы чего напутали по легкомыслию. Я стал уточнять, где конкретно север ("бей"), а где юг ("нан"). Девушки углубились в обсуждение этого вопроса и неожиданно выяснилось, что я еду совершенно правильно, а вот они как раз ошибаются. Пришлось им на ближайшей развязке поворачивать, а мне выходить...

 

Еще легковая. Ехали два парня и очень удивлялись мне и моей поездке. Удивлялись отсутствию денег. Мне почему-то показалось, что они захотят этих самых денег, но на своем повороте они высадили меня и ничего не сказали. Машина остановилась, отъехав метров с 20 от основной трассы. Я покинул их и, обогнув барьер, выбирался на трассу, когда услышал сзади крик. Водитель размахивал чем-то. Я вернулся обратно к машине и водитель, со словами "чьянь!"(деньги) сунул мне бумажку в 50 юаней. Хм... Это, между прочим, 7 долларов. Если тратить по 2 юаня в день, то хватит на 25 дней... А 2 юаня - это кое-что.

 

Шлепая по автобану под мелким дождем я подумал, что мое застревание в Цинчене имело свое высший смысл. Видимо, обстоятельства задержали меня там именно для того, чтобы я смог встретить этих людей с семью долларами...

 

Темнело. Эффективность автостопа стремительно падала. Спать было негде. И тут остановилась фура и меня взяла. Фура шла прямо в Син-Ян, то есть брала меня на 300 километров. Так, фактически ночью, я проехал почти всю провинцию Хенань. В темноте проползали кукурузные поля, тополя, туманы, где-то справа осталось Лохэ. Такой и осталась Хенань на моей памяти - в туманах, дождях и серой мгле.

 

Уже давно стемнело, когда машина приехала в город Син-Ян. Вот здесь водители проявили исключительное понимание идеи автостопа. Сами они ехали ночевать домой, мне же не стали предлагать ни автобусов, ни отелей, а сказали, что ночевать можно на бензоколонке. Оказалось, что в громадных китайских бензоколонках помимо всяких магазинов существуют иногда ночевательные комнаты. Водитель спросил кого-то из многочисленной обслуги бензоколонки на мой счет, и те ответили - да пожалуйста, какие проблемы...

 

Комната находилась на первом этаже бензоколонки (хорошо звучит: первый этаж бензоколонки), у нее была стеклянная стена, внутри - 7 лежанок. Карта Китая и провинции Хенань на стене. Я распаковал рюкзак, бросил на лежанку спальник и так заснул. Это было еще одно важное открытие - в Китае можно ночевать на бензоколонках. Правда, только на очень крупных, и если рядом не отгрохали мотель.

 

Итак, за сегодня я пересек всю провинцию Хенань, запомнившуюся мне серым небом, туманами и дождями. Всего я проехал около 450 километров. Неплохо для Китая, хотя по российским понятиям весьма скромно. А ведь это еще притом, что я двигался и в темное время суток...

 

15 августа пятница . Товарищ сержант, полчаса до рассвета, ну что ж ты зараза мне светишь в лицо?! .

 

 

Этот день я запомню надолго. Он начался и закончился общением с полицией...

 

Проснувшись утром на бензоколонке, я собрал вещи, попрощался с персоналом и встал тут же рядом ловить транспорт. Поток был, притом неплохой, но не брали почему-то. Я заприметил какую-то едальню, спросил горячей воды. Воды нехотя дали, а вот воспользоваться стулом и столом не разрешили. Я демонстративно положил рюкзак на асфальт, сел на него и так пил чай. Пусть вам будет стыдно.

 

Напротив, в другой едальне, собирались завтракать два водителя. Заметив меня, позвали к себе. Есть такой тип людей, который приглашают есть этак мимоходом, как будто мы заранее договорились, что буду тут стоять и их ждать...

 

Водителей было двое - Чао Джун Тхын и ... ... Дун. На ногах у них были женские на вид туфли, у Дун а розовая рубашка, да еще эти, так любимые драйверами полупрозрачные сумочки с разной мелочью - зубными щетками, бритвами... Мне вручили рисовый суп, вареные яйца, на стол поставили пароварку с мантами и время от времени напоминали, что б я ел, и не стеснялся. Они ехали в Ухань.

 

Встретил я их в 8:30, в полчаса мы разобрались с едой, но тут возникла сложность. При едальне крутился старомодного вида китаец в сапогах и армейской куртке, которая делала его похожим на отставного сержанта. Он что-то советовал со скептическим выражением на лице - мол, я-то знаю, что делать, в мое время это так делали... Эх, нет на вас Мао Цзедуна, молодежь зеленая...

 

Мы уже забирались в машину, когда появилась полиция. Уверен, что это "сержант" ее вызвал. Умный. Полицейский пристально изучил меня и мой паспорт. Народ скапливался поучаствовать в событии.

 

-Уланбатор, - прочитали единственное слово на моей визе, - а, Монголия... Ты - Монголия?
-Я - Элосы.

 

И всем было странно, отчего я "Элосы", а на визе - Уланбатор. Нашелся человек, говорящий на языке, напоминающем английский. Спросил, чем мне помочь. Я ответил, что мне и так хорошо. Разговоры в таком духе обычно затягиваются надолго. Полицейский долго вертел паспорт, потом стал переписывать куда-то данные. Вернее, он их перерисовывал, тщательно копируя незнакомые ему русские буквы.

 

Только в 9:30, потеряв полчаса времени, мы тронулись в путь. Погоды была сырая, моросил мелкий дождь. А ведь 32-я параллель, широта Иерусалима... Час спустя мы встали, Дун куда-то звонил и чего-то ждал. Погода стала посуше, потеплее.

 

12:30 - остановились на второй завтрак. Зашли в трактир. На столе перед нами появились три тарелки мяса с перцем, чашки с рисом, обязательная лоханка супа и очень вкусные белые булки. Булки, как обычно, сделанные на пару. 45 минут занял этот завтрак...

 

Вдоль трассы - настоящие рисовые поля. Террасы, буйволы топчутся в озерах... Громадные лопухи. Везде вода, буйволы, трава... Красиво. Вон крестьянка идет с коромыслом из расщепленного ствола бамбука...

 

Ухань(Wuhan) На развязке у въезда в город я и Чжун Тхын вышли, а фура пошла обрисовывать петлю, перебираясь на другую трассу. Мы прошли на трассу пешком, и долго ждали фуру - так долго, что я подумал, а вдруг водитель заблудился и потерял нас - что я буду делать в Ухани без рюкзака со всеми вещами? Но все обошлось, фура вернулась и в 17:00 мы въехали в Ухань. Объездная тут идет по мосту через Янцзы...

 

Если Хуанхэ немного разочаровала, то Янцзы превзошла ожидание. Она очень напоминала наши реки, вздувшиеся во время весеннего половодья - такая же мутная и быстрая, при этом невиданной ширины. Даже Дунай в нижнем течении - не то. Я представил, как тут выглядит наводнение и посочувствовал древним китайцам, боровшимся с этой рекой посредством мотыг и лопат...

 

И - мосты. Никогда ничего не слышал об этих грандиозных сооружениях. В Китае каждый мост громаден и величественен.

 

Я вышел сразу за мостом, там, где уходит дорога влево, к центру. Я пошел по ней наудачу, мимо деревянных заборов и непонятных зарослей. Местами за строениями мелькала водная поверхность. Темнело.

 

К восьми часам стало совсем темно, пора было искать ночевку. Ничего подходящего не попадалось, но тут я обратил внимание на высокий недостроенный дом. Рядом, несколько вниз, в свете фонарей сидели за столами люди - я подошел к ним, спустившись по крутой лестнице. Попросил воды, заварил чая. Спросил, как тут насчет ночевок. Ничего дельного не подсказали.

 

Обошел дом. Проник в освещенный двор. Случайный рабочий удивленно посмотрел на мою фигуру. Я спросил, можно ли тут спать? Он что-то спросил - я допустил, что это вопрос о наличии у меня снаряжения и ответил - да, вот, в рюкзаке всякое. Человек спокойно ответил - заходи.

 

На нижнем этаже имелась даже ничейная бамбуковая кровать. Мне сказали, что это мне. И даже предложили забраться под сетку от комаров. И я в первый раз за этот вечер вытащил из рюкзака вещи... Все шло хорошо, я уже расстелил спальник, но тут появился еще один человек - предполагаю, начальник, и строго сказал, что тут нельзя. Я спросил - почему. Он что-то серьезно ответил.
-А где можно?
-Там, - неопределенно заявил он.
-Здесь? - указал я на асфальт улицы.
-Нет, там.
-Там? - указал я на асфальт чуть дальше, интересуясь его реакцией. Но реакции не последовало. Тогда я достал свою карту.

 

Не владеющий языком, я не обязан следовать логике разговора. Пусть повода нет - не важно. Я стал показывать, откуда я и куда иду. Карта заинтересовала. Пользуясь моментом я спросил, указуя на второй этаж здания - а там-то спать можно?
Оказалось - можно...

 

И вот я во второй раз распаковываю рюкзак. Начальник лично присутствует и даже советует воспользоваться большим листом фанеры. Я забираюсь в спальник и он удаляется...
Хорошо... Я лежу на уровне уличного асфальта и рассматриваю людей, идущих по улице. Я им не виден, и я отделен от них глубокой ямой. Но ощущение такое, как будто спишь прямо на тротуаре. Интересное, кстати, ощущение.

 

Я уже заснул, когда послышались шаги. Открываю глаза - полиция... Товарищ сержант, полчаса до рассвета... Это снова было явление великого китайского демона ЗСН - "Здесь Спать Нельзя". На этот раз от меня требовалось нечто большее - переместиться в машину к полицейским. Мысленно ругаясь, я во второй раз за вечер собрал рюкзак и поплелся за человеком в форме. Сажусь в машину... Мелькают огни города... Далеко, интересно, везут?

 

Везли не очень далеко, но район явно окраинный. Меня завезли в довольно большое здание и усадили в кресло. В помещении был еще стол и телевизор. Телевизор начинал показывать художественный фильм про гражданскую войну в России. Снег, тачанки, красноармейцы в буденовках... Полицейский берется за телефон и что-то выясняет. Через какое-то время вручает трубку мне. На связи - англоговорящая женщина. Она пытается понять, как я оказался в том доме. Откуда я и куда еду и вообще в чем моя проблема. Я втолковал ей, что проблем не имею, и она попросила передать трубку полицейскому. С удовольствием.

 

Красноармейцы действительно не похожи на китайцев. Они даже поют русские песни, но разговаривают все же на китайском. Вот явно нехороший человек - начальник в кожаной куртке. Вот он что-то говорит женщине, медленно к ней приближаясь. У женщины неприступное выражение лица.

 

Полицейский возвращает мне трубку. Женщина снова пытается понять сущность проблемы. Повторяю все сначала и трубка снова уходит к полицейскому. На экране мордобой - главный герой бросается спасать женщину и выбрасывает начальника в куртке из избы. Тот, видимо, собирается в ответ интриговать. ... Вот приезжает кто-то из генералов, очень похож на Дзержинского. Что-то вроде смотра. Обиженный начальник что-то втолковывает генералу из-за спины. Генерал что-то строго спрашивает у главного героя. Но генерал - мудрый, он-то все понимает.

 

Полиция прекратила телефонные переговоры и чего-то ждет. Я интересуюсь - мне идти можно? Нет, нельзя. А тут спать можно? Нельзя. Простите, но 12 часов ночи. Пытки разрешены китайским законодательством? Имеет человек право спать? Полицейские сдались и признали, что вон там, в кабинете можно спать.

 

В третий раз я распаковываю спальник. Если подумать, я обрел сухую ночевку с охраной. Тем более, что на улице начинается дождь.

 

Два часа ночи. Меня будят. Группа прилично одетых товарищей обращается ко мне на чистом английском языке. Иммиграционная полиция... Я рассказал им, как было дело. Эти люди в Китае соображают быстро. Они сразу все поняли, улыбнулись - мол, что делать.
-Да, такой у нас народ. Они увидели вас ночующим на улице и позвонили в полицию... Мы были уже дома, нас разбудили и велели приехать сюда.
-Ну хорошо, а спать-то тут можно?
-Нельзя, это учреждение. Приемная.
-А где можно?
-В отеле.
-А если я вернусь обратно в дом?
-Наверное, вас снова заметят, вызовут полицию и вы снова окажетесь здесь.
-Но все же два часа ночи, дождь.
-Нас тоже разбудили среди ночи - бывает.

 

Они улыбались, но от принципов не отступались. Слишком сонный, чтобы выдавать эмоции, я в третий раз собрал рюкзак и вышел на улицу. Шел чувствительный дождь. Я шел куда-то через безлюдную местность, мимо деревьев, кустов и непонятных строений. Зверски хотелось спать. Найти плоское сухое чистое место не удавалось. И вдруг - навес над штабелями досок, а на досках - бамбуковая кровать. Правда, это у всех на виду, но я не стал придавать этому значения, снова выпотрошил рюкзак, улегся на досках и замотался в спальник. Если явится полиция, она об этом пожалеет...

 

Но великий демон ЗСН оставил меня в покое. Никем не тревожимый, я мирно спал до утра.

 

16 августа суббота. Первые пальмы .

 

Проснулся я традиционно, около 8:00. Погода не поменялось, все так же хмуро и сыро. Я уже собирал вещи, когда появился первый обитатель склада. Я изобразил неопределенное: вот мол, я тут как бы... Человек сделал жест, изображающий деньги - в неуверенной надежде, что из белого мистера и здесь вывалятся какие-нибудь доллары. Я дал понять, что это не тот случай и удалился.

 

Долго соображал, где тут нужная улица. Спрашивать местных не всегда эффективно. Вроде бы угадал и пошел по ней. Подвернулась тележка с печкой - молодой парень продавал небольшие толстые блинчики. Я вручил ему 5 джао, а он мне - два этих блинчика, напоминающих по вкусу манную кашу. В целом - эквивалент тарелки каши за 2 рубля.

 

Иду дальше. Заметил комнату с телефоном, серьезными бумагами и картой города. Такие места часто встречаются в китайских городах, то ли это офисы, то ли административное что-то. Карта страны, провинции и города там висит всегда. Я спросил, правильно ли иду к центру и вообще, где нахожусь. Удивительно, но хозяин карты с великим трудом понял этот вопрос на смеси китайского и языка жестов: "где я нахожусь?" Он упорно спрашивал, куда я иду. Когда же понял вопрос, то ткнул пальцем в карту и сказал - да, правильно идете.

 

Я продолжил путь, метров через сто обратился в аналогичное заведение и выяснил, что послали меня вообще в обратную сторону. Я сменил направление и шел, раздираемый сомнениями, пока на наткнулся на вчерашний недострой. Дальше - легче.

 

По пути заметил уличных торговцев лапшей с мясом. Лапша предлагалась за 3 юаня. Я спросил, на что могу рассчитывать с 1,5 юанями? Уханец ответил: сойдет и столько. И я принялся за поедание вкусной уханьской лапши. Вообще китайцы не очень любят торговаться, для них цена - нечто устойчивое. Они соглашаются ее изменить скоре из интереса, чем из коммерческих соображений. Хотя и такие соображения случаются.

 

Так я постепенно вышел к перекрестку, откуда налево путь к мосту, а направо идет центральный Уханьский проспект, проходит между озерами Северным(Бей-Ху) и Южным(Нань-Ху), и выходит к объездной. По этому проспекту я и двинулся. Здесь пожилые женщины торговали с рук картами города. За такую карту они запрашивали 2 юаня. Я поизучал карту, но счел, что она не стоит двух юаней. Чуть далее другая женщина стала предлагать карту чуть меньше за те же деньги. Я заметил, что этот размер не стоит 2-х юаней и она легко сбавила цену да одного. Тут я сдался и пожертвовал юань. Все же с картой как-то веселее.

 

А вот интернет-кафе все не попадались. Я заходил во все места, где замечал компьютеры, показывал на иконку "эксплорера" на экране, но все разводили руками. Интернет я все же нашел, но вдруг обнаружилось, что русский язык ему не знаком и русскоязычные сайты он открывает в извращенном виде. Конечно, язык-то можно и догрузить, но это время, а интернет в Китае медленный. Вот так несколько интернетов отсеялись из-за отсутствия языка. Вот еще проблема - мало того, что интернета в Китае мало, так он еще и работать не хочет...

 

И только в одном магазине нашелся русскоговорящий интернет. Даже не верится. Я оставил записку, которая, переведенная в кириллицу, выглядит так(прибавьте 6 часов к московскому времени):

 

16.08.2003 06:49 muhranof CHINA/UHAN' Еле-еле нашел интернет, он тут русский не понимает... Тут сыро, но тепло, начались рисовые поля и пальмы. Стопится хреново, много пробок и полиция мешает. Вписки искать трудно. Но много вкусностей и кормят часто... Поползу на FUCHJOU.

 

Судя по карте, в Ухани много интересноко сосредоточено вокруг Северного Озера, на полуостровах. Проспект проходил почти у самого озера, я свернул туда, но почему-то озеро было отгорожено бетонной стеной. Чуть далее я нашел еще выход к воде, но вода эта оказалась грязной и неприятной. Я раздумал исследовать озеро, тем более, что размеры его значительны.

 

Проспект выел к "звезде", где сходятся пять улиц. Я встал на одной, но ничего не ловилось, только такси подъезжали одно за другим. Ситистоп в Китае не сахар. Появились две англоговорящие девочки, которые сперва стали меня учить, где найти автобус, потом сообразили мою сущность и долго удивлялись. Они даже пытались содействовать, но, к счастью, недолго.

 

Ситистоп не клеился, и я не спеша двинулся вперед. До объездной и ногами дойти не очень сложно. Вот только подбирается желание что-нибудь съесть. Я присматривался к торговым точками, выискивая, где тут прячется мой обед. Заметил людей, уплетающих лапшу. Лапшу готовили прямо на улице, фасуя в круглые пластиковые коробки, вроде наших майонезных, только больше и выше. Я приблизился. Здесь на меня обратила снимание цивильно одетая англоговорящая женщина, которую я сперва принял за хозяйку. Она сказала - мол, заходите, чего желаете? Тут очень хорошая еда, и недорого, по 4 юаня.

 

4 юаня - это не моя цена. Недавнее приобретение 50-ти юаней еще не повод швыряться ими.. Я ответил, что денег у меня не пруды, так что спасибо... Женщина ответила - ничего, так накормим.

 

Еда представляла собой длинные ленты лапши, шириной сантиметра в полтора. Там же бульон, там же кусочки мяса, туда же было помещено вареное яйцо - вроде бы еще обжаренное в мясной подливке. Не уверен, что именно так, но идея хорошая, надо запомнить.

 

За этой лапшей завязался разговор. Женщину звали Хуа Эр Ху, но в общении с иностранцами она представлялась Грейс. Занималась она чем-то серьезным и деловым. Спрашивала, как я вот так езжу и какие бывают проблемы и пр. Сказала, что мне повезло, ибо сейчас в городе прохладно, а вот пару дней назад было невыносимо жарко. А я уже начал склоняться к мысли, что здесь так всегда.

 

Когда я умял первую коробку лапши, она велела принести вторую. Поняв схему моих передвижений, предложила подвезти меня на своей машине до такого места, где у меня будет больше шансов. Времени у нее было немного, так что я отложил лапшу на потом и последовал за тайтай Хуа в машину.

 

Она высадила меня вроде бы на выезде у бензоколонки. Я доел лапшу, изучая местность. На бензоколонке стоял грузовик - я подошел, спросил - еду в Нанчан, так - ? Грузовик ответил - только до Джуан-Си. Я не знал, где это, и согласился.

 

До Джуан-Си было километров 80 или 90. Когда я там вышел, уже темнело, моросил мелкий дождь. Времени - около семи часов вечера. Неприятное положение, но тут меня быстро подобрал другой грузовик, шедший в Нанчан. Автобан на Нанчан задевает левый берег Янцзы, так что мы переезжали реку дважды.

 

Янцзы... Вечерний сумрак и туман, ничего не видно, кроме моста. Внизу, справа, слева, везде туман. И мелкий дождь.

 

Я вышел на объездной Нанчана, машина ушла налево. От посещения города я отказался - это еще полдня потерять. И снова налетела полиция, пытаясь спасти меня от чего-то. После сегодняшней ночи я понял, что от полиции надо избавляться быстро: заявил, что все хорошо, все в порядке, проблем нет, у меня все хао и даже хен хао, и проблем мейо - вы китайский язык понимаете?!

 

Отступили.

 

Я пошел искать ночевку, но и тут мне не везло: никаких строений не было, но не было и сухой земли - справа и слева от трассы какие-то озера. Я свернул на тропинку и пошел по дамбе меж озер в сторону зарослей. Заметил несколько тростниковых навесов - людей не было, но выглядело обитаемо. Я удалился от них подальше. Удалось найти единственный в округе свободный кусочек ровного места на примятой траве, и я лег там, замаскировавшись тентом. Ночью на заметят.

 

Итого, прошел с 300 километров. Зато Ухань посмотрел и сообщение отправил. Потратил 3,5 юаня.

17 августа воскресение. И восходит солнце .

Итак, я спал в провинции Цзянси, где-то западнее города Нанчан. Река Ганьцзян протекала, наверное, недалеко. Ночью, ближе к утру, пошел мелкий теплый дождь, монотонно и уныло барабаня по тенту. Я старался не обращать на него внимания, но оказалось, что тент положен неудачно и в какой-то момент я обнаружил, что ноги у меня мокрые. И полспальника тоже. Промокнуть вместе со спальником всегда неприятно, хотя Цзянси - не тайга, тут это не фатально. Я дождался, когда дождь затих, и собрал вещи. Мокрый спальник скатал и засунул в рюкзак.

 

В восемь утра я вышел на трассу. С машинами было не густо, однако подобрала какая-то молодежь до терминала. Я предупредил их о безденежности, чего они не сразу поняли. Когда же поняли, то очень удивились и как-то косо посмотрели на меня, как будто я совершил что-то неприличное. Они уехали, а я остался стоять на автобане. Было тепло и сухо, всем хорошо, только машин мало и брать они не спешили. Стоял я долго, часа с два. На турецком автобане невозможно стоять два часа, но в Китае это норма. Часов около десяти появился грузовичок, который вез какие-то доски и дорожных рабочих. Он взял меня и провез до большой развязки. Это я, что ли, на нанчанской объездной? ... Почти сразу (10:20) остановилась машина, подкинувшая до следующей развязки. Она высадила меня несколько в стороне, у длинной шеренги трактиров. Я прошелся по этим трактирам, но они только начинали работу и не очень понимали, чего я от них хочу. Китайским трактирам иногда свойственно такое непонимание. Я переместился к магазину, где нашлась лапша по 1,5-2 юаня. Дороговато. Найти бы по 7 джао... Но тут образовался китаец, который неизвестно как понял мою проблему и подарил мне две пачки. Одну я съел тут же. При магазине был стол, стулья, и куча мусора - бумажки, коробки из-под лапши и пр.

 

Решив проблему еды, я вышел на трассу. Там чуть дальше был мост, я постепенно смещался к нему. Тут образовался хелпер. Он долго объяснял мне, глупому, что автобусы здесь не остановятся, а искать их надо вон там. Я пальцем показывал, что меня интересуют фуры. Наступил полдень, и остановилась фура - наконец-то. К великому удивлению хелпера, я залез в фуру и уехал. Правда, недалеко - фура тут же встала у трактира на еду. Я робко заметил, что вроде бы уже ел, но на это не обратили внимания. Пришлось повторить завтрак в расширенном варианте. Пока ждали еду, я узнал имя водителя - Сун Жи Ху ( Xiong Zhi Hui).

 

После еды мы отправились дальше, вроде бы по автобану. Через сотню километров фура въехала в город Фуджоу - но не в большой приморский Фуджоу, а в одноименный ему городок провинции Цзянси. Здесь фура куда-то сворачивала.

 

На этом пути произошло самое главное - вышло солнце! Мне уже казалось, что здесь его вообще не бывает, но оно вышло, сразу сделав возможным просушку спальника и фотографирование. Температура сразу поползла вверх и я сразу ощутил 27-ю параллель.

 

Я вышел на большом перекрестке. Жара была зверская. Пот попадал в глаза и неприятно их щипал. Я решил воспользоваться моментом - распотрошил спальник и разложил на газоне вещи, чтобы сохли. Ткань спальника моментально стала горячей, темные пятна влаги таяли буквально на глазах. Так вот легко и просто решается в Китае проблема промокшего спальника.

 

Собрав подсохшие вещи, я пошел вперед, одновременно стараясь что-то остановить. Шел я долго. Очень нескоро остановилась большая легковая машина - опять "Фольксваген-Сантана". Я втолковал, что я в сторону Фуджоу, и меня взяли. Одна беда, машина пошла по федералке. Я все же потерял автобан.

 

Фольксваген провез меня примерно с 60 километров до города Нан-Ченг. Там он неожиданно захотел денег. Я никак не ожидал такого поведения от владельца Фольксвагена. Уже не помню, чем кончилась эта история.

 

В Нан-Ченге я заметил продавца небольших белых булок. Они лежали прямо в пароварке и над ним поднимался пар. На 1 юань мне вручили две этих штуки, которые оказались пирожками с мясом. Особенность изделий на пару - тесто пропекается равномерно, без корок, и цвет у него белый. Стоимость такой штуки - 5 джао(2 рубля). Я подумал, что такие вещи есть смысл покупать.

 

Только в пять часов мне удалось покинуть Нан-Ченг. Ситуация, характерная для Китая: за девять часов дневного времени я прошел всего 160 километров. При этом нигде всерьез не застревал.

 

Чан Чжоу Хуа - так звали водителя фуры, которая подобрала меня в Нан-Ченге. Имя его напарника я не запомнил. Фура везла нечто тяжелое, и на одной из остановок я обнаружил, что это - громадная глыба камня, как раз таких размеров, что только-только помещается в фуру.

 

Я вроде бы говорил им, что стремлюсь в Фуджоу, но вскоре обнаружилось, что мы едем в совершенно другую сторону, строго на юг по 206-й федералке. Скорее всего, автобан на Фуджоу еще не построен, а от прямой 316-й трассы я уклонился еще на выезде из Фуджоу-Цзянсийского. Правда, в моих планах это ничего не меняет - интернет найду и в Чжанджоу.
Ехали медленно, время текло незаметно. В 19:50 фура встала на ужин, потеряв еще около часа. Китайские федералки кажутся бесконечными - по ним едешь и едешь, проходит время, а расстояние почти не увеличивается.
Где-то мы останавливались, и китайцы мыли машину из специальных шлангов - есть такая услуга на трассе. Просто домик и шланги рядом. Удивительно, но я редко замечал, чтобы фура останавливалась на бензоколонке - гораздо чаще она пользуется этими вот шлангами для поливания колес и всей машины.

 

Так, в кабине медленного камневоза и закончился для меня этот день.

 

Между тем Миронов за эти дни обогнал меня примерно на один день и уже сегодня вечером прибыл в портовый город Сямен - туда, где я окажусь только завтра...

 

18 августа понедельник. ...И виден вдали океан...

 

Ехали всю ночь, ехали медленно. В 3:00 что-то сломалось, и камневоз долго стоял с поднятой кабиной. Шел мелкий, едва заметный дождь. Мне хотелось спать, я сомнамбулой бродил вдоль дороги, потом лег прямо на кучу бамбуковых палок. Под руку попался срез бамбука, который можно использовать как сахарницу или пепельницу. Подумав, я присвоил два таких - на сувениры дома. И долго я потом таскал их в своем рюкзаке, пока их не отобрали в Астрахани...
Ранним утром, медленно вписываясь в повороты меж горных склонов, мы въехали в провинцию Фуцзянь. Вышло солнце, оживив рисовые поля и горы, поросшие странными метелками. Из-за этих метелок горы выглядели мягкими, их хотелось погладить. Я долго гадал, что это за метелки, пока при ближайшем рассмотрении не обнаружил, что это бамбук. Отчего-то я полагал бамбук болотным растением, а он растет в горах. Хорошо, наверное, побродить по бамбуковому лесу. Кто окажется в провинции Фуцзянь, обязательно выкройте пару дней. Я же понадеялся, что еще успею, и не стал отвлекаться от маршрута. Только сделал пару снимков.


8:40 - как водится, машина остановилась в трактире небольшого городка. Час ушел на еду. Потом еще с полчаса водители чего-то ждали. Выяснилось, что они не то будут тут спать, не то чего-то ждут, в общем - долго будут стоять и я вежливо попрощался.

 

Я прошел городок насквозь.Трасса № 319 (Сямынь-Ченду, 2924 километра) здесь поднималась вверх, меж скал. Там меня подобрал небольшой грузовичок, провез с 10 километров и свернул вправо. Я оказался в приятной долине с рекой. Через реку вел мост, неподалеку стоянка грузовых машин. Снова рисовые поля, горы, поросшие бамбуком, несколько старых кирпичных домиков с черепичными крышами. Со стоянки на трассу выезжала фура, я помахал ей рукой и она меня взяла.

 

Мы долго шли трассой между гор, кое-где застревали в пробках. Я смотрел на часы - время уходило, вот уже два часа, вот три... Я все ждал, что появится автобан, но он не появлялся. Где же он??

 

15:45 - время обеда, фура свернула к трактиру. Я полистал атлас. До Лун-Яна( Longyan, "драконья скала") еще 25 километров... Уже не помню, где покинул фуру, но вскоре мне повезло: остановилась легковая, идущая прямо в Чжанчжоу, на сотню с лишним километров.

 

Чжанчжоу(Zhangzhou) - бескрайний мегаполис с высотными зданиями и пугающими многоэтажными развязками - одна из них хорошо читается на картах города, мы ее как раз миновали. Наверное, на выбирание из города у меня ушел бы остаток жизни, но мне повезло - машина шла к восточной окраине. Там я и вышел, уже в темноте, освещаемый желтым огнем городских фонарей.

 

Ура - это почти море. Я пересек Китай, потратив на это 8 дней, вместо предполагавшихся 4-5. Я прошел по Китаю примерно 2180 километров, т.е. мене 300 в день. Что поделать, такие тут скорости. Но самое главное, где-то за Уханью набежала 40-я тысяча моего автостопного стажа, что называется - "экватор". Красиво праздновать экватор выходом к Тихому Океану, жаль, что праздник этот достался мне одному. Я прошелся по торговым точкам, взял в одной бутылку китайской кока-колы (4 ю.) и пару булок по юаню. Перешел шоссе, сел на гранитный паребрик парка, достал кружку... Глубоко вдохнул теплый ночной воздух... Поздравляю тебя, Алексей, с экватором. Желаю тебе выбраться из этого мегаполиса когда-нибудь.

 

Парк представлял собой скорее газоны с декоративными кустиками. Здесь гуляли многочисленные китайцы, иногда они замечали меня, но не сильно удивлялись.

 

Одна булка была так себе, а вот вторая очень понравилась. Ради праздника я взял еще одну, доведя расходы до 7 юаней - одного доллара. Растратить целый доллар - это только ради большого праздника.

 

Между тем сегодня Миронов, все еще обгоняя меня, прошел океанским берегом почти до Гуанчжоу. Я же ничего не знал о его существовании и предполагал его находящимся где-то в Хенани...

 

Пора было выбираться отсюда. Я пошел на восток. Пробовал что-нибудь остановить, но в Китае ночью совсем плохо с этим делом. Я просто шел и присматривался к окрестностям. Город закончился, потянулись бескрайние окраины. Вот деревья вдоль дороги слева, за ними - стена. За стеной - пустырь какой-то неприятный. Я шел и шел, уже порядком устал, а приличного места все не находилось. Усталость сделала меня менее привередливым - я свернул за деревья, где потемнее, примял высокую траву и там незаметно обосновался. Спать было тепло, даже спальник здесь был лишним, разве что спасал от редких комаров. Хуже было с запахами - густыми, тяжелыми запахами влажной травы, земли, коры и чего-то еще, что формирует этот тяжелый дух тропического леса.

 

Океан был близко. Я ощущал его присутствие.

 

Свиток Шестой
Свиток Седьмой
Свиток восьмой
Свиток Девятый
Свиток Десятый
Свиток Одинадцатый
Послесловие

 

Яндекс цитирования
© muhranoff.ru 2002-2017
контент распространяется на условиях лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0

Техническая поддержка Илья
Страница сформирована за 0.0225989818573 сек.